Я уж было забыла, что такое всепоглощающая тревожность и панический страх, а на днях эти чувства накрыли меня с головой, аж астма началась. Мама будничным голосом рассказала, что у нее ковид уже дней пять, но она идет на поправку. Я весь вечер металась между тем, чтобы брать билеты на ближайший рейс, как-то успокоиться, хваталась за все дела подряд, чтобы все это вложить в один день и злилась на маму: за то, что вовремя не сказала, за то, что не хочет нормально лечиться, еще подумала, а вдруг она врет, что поправляется, а там на деле пиздец.
Потом взяла себя в руки, своей паникой я ничем не помогу. И пошла спать. А сон все не шел. Я вспомнила, вспомнила тот самый детский страх о том, что мама однажды умрет. Он пугал меня больше всего на свете. Это часто бывает с маленькими детьми, которые в родителях видят условие для своего выживания. И я поняла, что не прожила этот страх, он до сих пор со мной.
Несмотря на то, что мне уже 30 лет, до сих пор не выстроила нормальных отношений с матерью. Я ее безумно люблю, она для меня проделала колоссальную работу, а я воспринимала это как должное. Пока мама пыталась тянуть на себе дом, я спускала зарплату на каких-то хуесовов, пока она переживала за меня, я каждый вечер приходила домой, еле стоя на ногах, на золото в подарок я кривила недовольное ебало и фыркала, что золото я не ношу. И она до сих пор обо мне заботится. Хотя это я должна помогать ей.
Страх вытаскивает на поверхность не самые приятные осознания. Верю, что все будет хорошо.
У меня глаз дергается, когда меня просят поставить анонсы каких-то мероприятий, когда друзья зовут в бары и на вечеринки. Я понимаю, что это личная ответственность каждого. В России каждый день новые рекорды по числу заболевших, но, в отличие от весны, дома уже никто не сидит. Люди забили и считают, что все мы там будем, рано или поздно, лучше уж сейчас переболеть. Только они не выкупают, что попутно заражают случайных прохожих, которым не посчастливилось оказаться рядом, что врачи работают, даже если болеют, потому что работать некому, спасать людей некому.
Моя мама врач, и когда я просила ее взять отпуск, уволиться, не ходить на работу, она отказалась. Потому что однажды выбрала себе профессию и осталась ей верна. “Если не я, то кто?”, — говорит она. “Если все врачи будут думать о своих жизнях, кто будет спасать ваши?”.
И эта всеобщая безответственность настолько ребяческая, как будто люди не понимают всей картины. Ладно, ковид. Но из-за переполненности больниц ковидными, остаются без помощи люди с хроническими заболеваниями. Моя подруга полгода не могла добиться лечения для отца с онкологией. Еще одна подруга не дождалась скорой, которую вызывала из-за какой-то невиданой хрени. Ковид не отменил инфаркты, инсульты, жизненно-важные операции и плановое лечение. Просто теперь на все это нет ни людей, ни сил. Возможно, мы переболеем коронавирусом на лайте, но массовая загруженность больниц означает, что много кого и не спасут. Не от ковида.