Ты такой, как ты ешь

Дело было вечером, делать было нечего. Мы договорились с Аленой пойти по музеям, потому что Ночь музеев — мой любимый праздник сразу после Нового года и дня рождения. Попутно мы что-то выпивали, смеялись, гуляли и проживали теплую майскую ночь. Проголодались. Музеи еще работали, а жральни — нет. И тут Алена заметила на поребрике половину кем-то (богом) забытой шавермы. Она ее подняла и съела. Недожратую шавуху с пола. Я на этом моменте очень призадумалась, тех ли я друзей выбираю. Поступок был героическим, безусловно, если бы мы жили в блокадном Ленинграде, я бы даже растрогалась и пустила скупую слезу за ее удачливость. Вместо этого я испытала испанский стыд и острое желание сбежать.

У меня с подросткового возраста сложные отношения с едой, мы прошли все стадии принятия друг друга: от гнева, через депрессию до признания любви к пожрать. И теперь я смотрю, что и как люди едят, чтобы немножечко их понимать.

Знаете, сколько секса может быть в обычном ужине? Это не когда девушка макает клубнику в сливки и начинает томно ее надкусывать. Это когда моя подруга Лиза заказывает первое, второе и десерт и со здоровым аппетитом все это наворачивает, попутно комментируя, насколько это вкусно. Аж слюнки текут за этим наблюдать. Продано.

Я раньше стеснялась есть при людях. Вдруг подумают — да куда ей, и так в двери не проходит, а потом у Лизы я научилась есть с аппетитом и не стесняться этого. Кайфовать до последней капли. Так и проявляется, в том числе, любовь к себе, принятие себя. Баловать. Наслаждаться. Выбирать только самое вкусное и лучшее. И больше не стесняться есть при людях, но все еще не жрать чужую шаву с поребриков.