Семантически слова, означающие «правое», почти всегда выражают идею силы, ловкости, искусности, интеллектуальной «правильности», верности суждений, «справедливости», моральной цельности, благополучия, красоты юридической нормальности; с левым — всё равно наоборот. Верно это и для русского языка, где есть такие слова как «правильный», «праведный», «правление», и, напротив, «левак», «пускать налево». «Правые» слова, продолжает преструкт. и д.ф. Р. Эрц, «перед тем как стали обозначать одну из сторон тела, выражали идею действия, которое прямо достигает цели по нормальному и безопасному пути в противоположность движению по пути кривому, окольному и неудачному»; этот смысл иной раз встречается и поныне, например, существует т.н. «Путь левой руки» в восточных эзотерических практиках, а также в оккультизме А. Кроули. Если же «с помощью сравнительного метода выяснить, из какого источника происходят эти значения, мы увидим … один смысл … для правой стороны — это идея сакральной власти, надежной и благотворной, основа всей эффективной деятельности, источник всякого добра, процветания и справедливости; для левой — это единство профанного и скверного, идея бессильного и немощного, а также зловещего и устрашающего». Левой зато можно колдовать, с ней «непосредственно связано все демоническое», в ней «всегда есть что-то оккультное и незаконное. «Слишком умелая и ловкая левая рука — признак противления порядку … всякий левша — возможный колдун, которому не стоит доверять». Итак, «левая рука — рука вероломства, предательства и обмана», так, у Плавта требуют подать руку, но не правую, а «другую»: «Левая где, воровская?» Древним грекам также было присуще вполне общепринятое восприятие правого и левого. «То, что в Илиаде и Одиссее находилось в разрозненном виде, пифагорейцы систематизировали», пишет структ. и д.ф. Видаль-Накэ. В аристотелевской «Метафизике» приводится таблица противоположностей, т.н. систойхия (συστοιχία), «составленная из десяти главных оппозиций, в которые „некоторые пифагорейцы“ укладывали всю действительность»: согласно ей, с одной стороны находится правое, мужское, нечётное, конечное, единое, покоящееся, добро, свет, прямое и квадратное (оформленное), а с другой — левое, женское, чётное, бесконечное, множество, движущееся, тьма, кривое и продолговатое (бесформенное). Надо полагать, что таблица эта является чем-то вроде «изъявления (expression) или же рационализации … древнейших греческих воззрений». «Дуализм левого и правого, столь четко обозначенный у пифагорейцев, в действительности пронизывает всю греческую философскую мысль V в. до н. э.», продолжает Видаль-Накэ: «Мы имеем дело с традицией настолько мощной, что ее одной … достаточно, чтобы объяснить, почему древние греки имели обыкновение идти в наступление правым крылом войска … потребовалась настоящая революция, чтобы … бросить вызов традиции, которая все еще была столь жизненной». В наши дни кажется очевидной мысль, что правое и левое практически не отличаются, что это относительные понятия, социальные конструкты (впрочем, с другой стороны, ещё в Совдепии сурово и безжалостно переучивали левшей). Однако для того, чтобы это стало тривиальностью, понадобилась долгая и кропотливая работа, которая осуществилась именно в Греции. Ни в каком другом месте традицию предпочтения правого левому превзойти бы не смогли, да попросту бы и пытаться не стали. Как пишет д.ф.н. А.И. Зайцев, «в огромном большинстве дописьменных и догосударственных обществ … традиционные нормы очень жестки: они определяют еще при рождении ребенка его будущее место в обществе». Только в классической Греции сложились обстоятельства, позволившие «разрушение жестких традиционных норм поведения индивидуума» и преодоление тирании традиции, «которая … управляет поведением человека гораздо эффективнее, чем любой тоталитарный режим». Уже Геродот отмечал, что эллины «с давних пор … отли­ча­лись большим по срав­не­нию с вар­ва­ра­ми благоразу­ми­ем и свободой читать далее…