В Афинах это преступление рассматривалось в рамках уголовного судопроизводства, γραφή ὕβρεως, в котором наказание назначалось в зависимости от обстоятельств, τιμητὸς ἀγών: оно определялось в ходе состязания, агона, назначалось судом, и это легко, пишет Кори, могла быть смертная казнь. Для греков это было необычно, к этому наказанию они старались прибегать сколь можно реже, однако для подобного злодеяния, как им казалось, можно сделать и исключение. Впрочем, альтернативой, по желанию потерпевшей стороны, был гражданский иск, αἰκίας δίκη, в случае чего действительно выплачивался лишь штраф — если жертве так больше хотелось, это было её право. Тем не менее, смерть за изнасилование не была редкостью. По свидетельству Динарха, греки «казнили мельника Менона за то, что он держал на мельнице свободного юношу из Пеллены»; Кори отмечает при этом, что законы его собственной страны, Англии, «до недавнего времени» — а именно 1994 г. — не признавали изнасилования мужчины. Также и «Фемистия из дема Афидны … наказали смертью за то, что он во время Элевсинских мистерий обесчестил кифаристку с Родоса»; наконец, Платон в «Законах» вводит закон, согласно котором «если кто-то пытается изнасиловать свободнорожденную женщину или отрока, того может невозбранно убить лицо, подвергнувшееся ὑβρίζεν, а также [его] отец, братья или сыновья». Итак, разница между наказанием за прелюбодеяние и изнасилование заключалась в том, что любовника жены можно было убить на месте без суда и следствия, насильник же мог быть умерщвлен только по решению суда; впрочем, как раз с прелюбодея-то в классическую эпоху и предполагалось требовать штраф, просто при этом не был отменён очень древний, ещё драконовский закон, позволяющий его убийство при поимке с поличным — непосредственно в ситуации, как пишет Лукиан, проникновения, соединенных гениталий; именно этот закон позволяет оправдаться Евфилету у Лисия, убившему любовника жены — однако ему пришлось для этого попотеть, ибо закон этот, видимо, тогда давно уже не применялся, однако не был и упразднён, а значит, сохранял силу. Проф.-клас. А. Стейплс сообщает, что римляне относили это же преступление к iniuria, неуместным действиям, чему-то вроде хюбриса. В современных романских языках, как уже упоминалось, изнасилование именуется словами, производными от violare, со всё тем же смыслом незаконного пересечения границы, — i.e. снова хюбрис. Закон, который его регулировал, именовался Lex Julia de vi publica и определял изнасилование, согласно Дигестам, как надругательство над «свободной или замужней», «мальчиком, женщиной или кем угодно». Женщины sui iuris, i.e. находившиеся «в своём праве» (греч. αὐτόνομος), могли в роли истца выдвигать обвинения в насилии против себя или ближайших родственников; также о преступлении могли заявить отцы и мужья жертвы — или, скажем, отец её жениха, а также просто люди со стороны, свидетели; у изнасилования не было срока давности, в отличии от прелюбодеяния. Наказанием за изнасилование у римлян было ultimo supplicio, смертная казнь — которое, как и у эллинов, у них было большой редкостью, и это многое говорит об их отношении; у большинства же народов, которые наказывают смертью за что угодно, казнь не показательна. Император Адриан даже, согласно Стейплс, закрывал глаза на самосуд, и за линчевателей, которые убивали насильников, из-за которых пострадала их семья, хлопотал, чтобы с них снимали обвинения в убийстве. (Впрочем, возможно, что мудрость подвела древних в этом начинании; всё-таки для жертвы куда безопаснее, если кара за изнасилование и оное же с убийством различается, иначе у негодяя велик соблазн убить жертву, ибо разницы для него нет, зато труп молчалив. С другой стороны, всегда есть особо жестокие способы казни, способные провести нужное разграничение, например, знаменитое изобретение пунов.) Во многих культурах, пишет Кори, жертва изнасилования обвинялась наравне с читать далее… ⬅️⬆️ «Кому выгоден миф, будто в Античности царила „культура изнасилования“?», 6/7