Тут, однако, необходимо своевременно вспомнить, что уже всё тот же Гобино был уверен, что как раз в этом активном смешении и мог быть скрыт секрет успеха греков; он писал, что «Греция обязана своей славой арийскому элементу, объединившемуся с семитской кровью». По Зайцеву же такие «столь же неубедительные попытки в диаметрально противоположном направлении» лишь подчёркивают «произвольность построений, выводящих греческую культуру из расовых особенностей». Как верно замечает А.И., «генетика человека не обнаружила до сих пор ни особо благоприятных, ни особо неблагоприятных результатов скрещивания каких-то человеческих рас. Наоборот, имеются прямые указания на то, что умственное развитие гибридов зависит от условий, в которых они растут, так что теоретическая основа отсутствует и у данного варианта биологического объяснения».. Впрочем, он тут же уточняет, что «повышенная жизнедеятельность гибридов доказана для многих видов растительного и животного мира … Однако механизм этого явления, названного гетерозисом, биологам не вполне ясен, так что мы можем опираться … только на некоторые эмпирические обобщения … в отношении возможного влияния гетерозиса на культурный взрыв в Греции мы не получаем от биологов и психологов каких-то положительных данных». Важно помнить, что активные случаи расового смешения, или экзогамии, случались на протяжении истории далеко не единожды, однако никогда не приводили к чему-либо, сопоставимому с «греческим чудом», «так что гетерозис как фактор, стимулирующий культурный процесс, во всяком случае, должен отступить на задний план». В конечном итоге даже антрополог Л. Энжел, наиболее убеждённый адепт мнения, что именно гетерозис стал ключевым фактором успеха древних, «пришел к выводу о том, что духовное взаимообогащение среди самих греков было важнее для расцвета культуры, чем генетическая гетерогенность». «В общем», заключает Зайцев, «ни один из вариантов биологического объяснения особой роли греков в истории человечества не оказывается удовлетворительным». Сюда же можно отнести разнообразные объяснения, апеллирующие к климату. «Для нас существенно то», сообщает по этому поводу Зайцев, «что сходная динамика культурной эволюции в ряде городов от Милета до Тарента, находившихся в существенно различных климатических условиях, и резкие различия между находившимися в сходных климатических условиях полисами, например, между Афинами и Мегарами, делают [такую] гипотезу … невероятной». «В ответ на ссылки на благоприятное географическое положение», продолжает А.И., «я напомню только, что этот постоянный фактор не пригоден для объяснения быстро набравшего силы подъема и столь же быстрого спада уже в эллинистическую эпоху».