Если после обращения к нему подозрения на РАС становятся небеспочвенными, вашей задачей становится как можно более быстрое прохождение всех врачей, необходимых для выхода на ЦПМПК. Такие обследования и заключения по их итогам выдают всего несколько медицинских центров в Москве, имеющих специальную лицензию. Мы обратились в один из таких и потеряли год. Объясню. Поскольку у нас не было соответствующего опыта, мы молча ходили в кабинеты, куда нам говорили и делали, что от нас требовали. И в итоге при уже почти всеми платными специалистами подтверждённом аутизме получили бумажку с ЗПР (задержка психо-речевого развития). Опять же, не понимая, что по-хорошему её бы на месте поменять, мы с ней записались на ЦПМПК, которая в 90% случаев переписывает диагноз оттуда. В итоге ребенок пошёл в сад, где ему дали дефектолога, логопеда и психолога по программе ЗПР. Того же мы добились и в ГППЦ. Продолжал заниматься с нами и наш нейропсихолог, но от всех них мы слышали одно: сын — 100-процентный аутист, а заниматься с ним по программе РАС они не имеют права без заключения с соответствующим диагнозом. В результате нам пришлось проходить всё заново. Благо, на тот момент мы уже общались с родителями других детей с аналогичными проблемами, которые подсказали другой центр, где нужно огласить, что вы пришли за РАС, и вам его напишут, если поведение ребёнка реально соответствует вашим словам. Маленькое примечание: этот центр — платный. Кстати, о других детях. Столкнувшись с проблемой и начав черпать информацию о ней в том числе с различных групп и форумов в сети, мы только тогда поняли её масштаб. Даже в одном только нашем подъезде детей с РАС обнаружилось четыре (!!!). Второе посещение уже нужного центра позволило добиться результата, а повторная запись на ЦПМПК дала бумажку, без который ты — автором букашка. Сад и ГППЦ поменяли программы с нового учебного года. Нейропсихолог также изменила курс, и ребёнок дал результат! Сейчас нам шесть лет. В школу мы пойдём только в восемь, а пока усиленно к ней готовимся. Мы уже умеем вести простейшие диалоги, более менее поставлена речь (о падежах, склонениях, родах и прочих превратностях русского языка пока помолчим). Почти ушли неконтролируемые истерики. Иногда со стороны может показаться, что перед вами здоровый малыш. Но жизнь его подчинена алгоритму. Каждый вечер перед сном вы на специальной доске развешиваете ему карточки с соответствующими изображениями и вместе проговариваете: «завтра с папой утром в сад, потом на машине на занятия, потом домой». Если что-то будет выбиваться из расписания, последует сбой. Потрачено огромное количество нервов и денег. Инвалидность получена, что слегка облегчило страдания. Хотелось бы выразить огромную благодарность буквально нескольким учреждениям и отдельным людям, без которых жизнь сына не стала бы возвращаться в реальный мир из его собственного. В первую очередь, это центр «Достижение». Информацию о нём можно найти в интернете, я лишь хотел бы отметить нейропсихолога Талалаеву Марию Михайловну. Просто поверьте на слово — это Бог своей профессии. От замкнутого аутиста, расставляющего в ряд машинки мы с её помощью пришли к зачаткам чтения и построению диалогов. Иначе говоря — к развитию общения с миром. Вторым человеком стал неожиданно обнаруженный в районе специалист, выучившийся самостоятельно. Сейчас Ручкина Юлия Борисовна обладает двумя дипломами и потоком клиентов. Её история — личная. Также постучавшись в различные закрытые двери, Юлия решила заняться изучением вопроса самостоятельно. Итогом стала помощь собственной дочери и десяткам других детей.