Японская этика и технологии В книге 2010 года исследуется актуальность японской этики для этики технологий. Монография охватывает теории японских специалистов по этике, таких как Нисида Китаро, а также более современных специалистов по этике, и исследует их актуальность для анализа энергетических технологий, ИКТ, роботов и геоинженерии. Считается, что технологическое развитие вызывает новые этические проблемы, такие как генетически модифицированные организмы, нанотехнологии, вызывающие проблемы с конфиденциальностью, а также проблемы со здоровьем и окружающей средой, робототехника, поднимающая вопросы о значении человечества, и риски ядерной энергетики. Много хайдеггерианского экзистенциализма, но есть и несколько самобытных имен, например, Имамичи Томонобу. Вот, например, один русский перевод, который касается вендинговых аппаратов и конфуцианской точки зрения на взаимодействие с ними: В тексте аристотелевской «Метафизики» есть загадочное слово — «tÕ aÙtÒmaton». Оно сбивало с толку многих комментаторов. В. Д. Росс выска­зал предположение, что это — автоматическая кукла, механическая игрушка. В любом случае это некий чудесный маленький прибор, с которым играл ребенок богатых родителей. Ясно, что их было немного даже в процветающих Афинах: Аристотель пишет о них как о чем-то удивительном. В нашей урбанистической ситуации имеется много автоматов, которые дают возможность получить желаемый нами предмет — например, напитки или сига­реты — стоит только опустить монету и нажать соответствующую кнопку. Каждый человек пользуется этими автоматами без малейшего удивления. Сколько автоматов имеется сей­час в Японии? Согласно докладу Министерства индустрии, их свыше 5500000, включая билетные автоматы на железнодорожных станциях. Численность же населения Японии — около 120000000 человек. Следовательно, примерно на каждые 20 человек приходится по одному автомату. В центральных районах крупных городов численность автоматов уж точно превышает численность больших деревьев. Это символ того, что технологические образования составляют нашу средой обитания. «Автомат» греческой античности дарил человеческому существу удивление и радостное утешение, поскольку он был диковинной игрушкой. Что дают нам автоматы в нашей технологической среде? Наши автоматы предоставляют нам удобные и эффективные вещи для повседневной жизни. Они функционируют согласно необходимости, заложенной в механической структуре. Обычно автомат не вызывает удивления. Удивление возникает только тогда, когда он не функционирует: когда мы бросили в него монетку и нажали правильную кнопку, а желаемого не получили. Следовательно, автомат является символом не только того факта, что наша среда состоит из технологических образований, но также и символом технологического функционирования. Он символизирует идолопоклон­ство перед механической необходимостью, но служит и зеркалом техно­логического функционирования, своего рода технологией в миниатюре. Никто из нас не говорит «спасибо», получая желаемую вещь из автомата. И в том, что мы в этом случае не можем сказать «спасибо», ecть определенная необходимость. Если мы опустили монету и нажали на кнопку, желаемая вещь должна выйти из автомата. Если желаемую вещь мы не получаем, мы выражаем неудовольствие. В наше время языковая активность перед лицом автомата — не благодарность, а жалоба. В век автоматов мы можем получить желаемую вещь без слов благодарности. Больше автоматизма — меньше благодарности. И эта психическая реакция наше­го времени чрезвычайно любопытна — мы забываем поблагодарить, получив же­лаемый предмет, поскольку человеческие отношения здесь отсутствуют. И я имею в виду не только человеческие отношения но и отношения лицом-к-лицу в случае получения желаемого предмета. Таково расстояние (portée), пройденное религией и предел (Tragweite), до которого дошла религиозная духовность. Сегодня в каждой религии самым существенным для молящегося считается требование чего-либо от Бога или Будды. Имамичи Томонобо. Кризис морали и проблемы метатехники http://trubnikovann.narod.ru/Imamichi.htm