Чем больше я общаюсь с школьниками младших классов, тем больше я думаю о том, что интерес к науке как способу познания мира неразрывно связан с игрой. Более того, когда мы рассказываем ребёнку, что он_а *слишком большой* для той или иной игры, мы как будто бы закрываем один из важных способов самореализации. Я очень люблю игры и игрушки — и надеюсь, что это продлится до глубокой старости. Представлял ли я, сколько игрушек непосредственно связаны с разработками времён Второй Мировой? Насколько невообразимые цифры продаж у Лего? Что в разговор о детских игрушках можно вплести криминологию, политику, гендерные вопросы и ностальгию по лужковской Москве — наряду с рассказами о сшитых полимерах, неньютоновских жидкостях, законах сохранения энергии и микропластике? Позавчера вышла пятая серия моего авторского подкаста Кандидат игрушечных наук — а это значит, что позади половина сезона. Мы задумывали его ещё летом-21 вместе с Асей Тереховой (без которой вообще ничего этого бы не было) и начали писать в феврале-22 с Анной Шур (без которой формат подкаста просто не сложился бы). Это действительно коллективное творчество: я бы не справился без вежливых уточнений своей редакторки Тани Салаты и свежего взгляда выпускающего Серёжи Дмитриева. Композитор Женя Миневский идеально воспроизвёл питч для джингла (Four Tet + новогодняя музыка), а иллюстраторка Вера Хохлова вдохновилась дневниками из девяностых с розовыми дельфинами для обложки. Я очень, очень доволен тем, что получилось — и практика показывает, что вам может быть интересно это послушать, даже если у вас нет детей целевого возраста (где-то от 7 до 14).