Трудно воспринимать эти значения, но объём внебиржевого рынка деривативов (OTC) в мировой банковской системе оценивается в 600 триллионов долларов в эквиваленте условных сумм на декабрь 2021 года. Из них 475 триллионов приходится на процентные контракты (форвардные соглашения, свопы и опционы). Для сравнения, объём товарных контрактов чуть больше 2 триллионов. То есть всё «бумажно-физическое» более чем в 200 раз меньше всего «бумажно-процентного». Когда вы слышите про глобальный долг в 226 триллионов долларов, вдвое превышающий глобальный ВВП — это лишь то, что, грубо говоря, лежит на поверхности и является результатом всех взаиморасчётов. А внебиржевой рынок деривативов есть то, что в последней статье про момент Мински я обозначил «нижнем слоем» финансвого мира. И 43% контрактов нам этом рынке номинированы в долларах, 27% — в евро, 9% — в йенах, 11% — фунтах, согласно статистике BIS (Bank for International Settlements). Теперь задумайтесь о том, какие объёмы капитала приводятся в движение, при повышении ключевой ставки на «жалкие доли процента» со стороны ФРС, ЕЦБ, БА и БЯ. Представьте какие риски создаёт повышенная волотильность упомянутых валют. Тогда вы осознаете, что угроза глубокого кризиса происходит не от подорожавшего молока в Берлине или Париже. Вы поймёте, почему западные ЦБ находятся в положении цугцванга и для вас будет очевидно, что условная инфляция 10% в России и Еврозоне — это совершенно разные вещи. https://stats.bis.org/statx/srs/table/d5.1 #аналитика