Читатели в обратную связь задают вопросы по видео, которое я по какой-то случайности упустил. Там помощник Рамзана Кадырова выступил с беспочвенными резкими заявлениями в адрес «Группы Вагнера» и Евгения Пригожина. Тезисы: • «Мы тебе объясним, что тебе непонятно» • «Ты стал уже блогером, и на весь мир орешь, что у нас проблемы» • «Мы все знаем сколько людей ты положил в направлении Бахмута за 8 месяцев» • «Хватит тебе болтать и кричать, говори место и время и мы встретимся» Честно говоря, я помимо русских бойцов отлично взаимодействовал с десантниками бурятами, артиллеристами дагестанцами, корректировщиками осетинами, в наших разведгруппах был азербайджанец, армянин и якут, но вот с чеченскими подразделениями не довелось, может потому что наша боевая работа проходила на переднем крае от противника и его тылу. Потому просто массово разослал всем знакомым это видео и решил спросить мнение непосредственно у товарищей из разных подразделений участвовавших и участвующих в боях на разных участках фронта: Морские пехотинцы с 810-й бригады говорят, что на Мариуполе они в штурмы почти не ходили, а если и ходили, то неохотно, выбирали удобные для себя участки, где пытались что-то взять, какое-то отдельное здание на видео. Также отмечено то, что приезжали представители республики, которые интересовались взятием под контроль доходных предприятий, типа «Мариупольского металлургического завода». Бойцы из 10-го штурмового отряда Вагнера вообще говорят, что после ряда жалоб от комендатуры и солдат НМ ЛНР на моральные бесчинства по отношению к местным девушкам в Стаханове и Алчевске, пришлось силой выгонять их лично по команде самого Вагнера. Бойцы пожелавшие не называть номер своего штурмового отряда Вагнера задаются вопросом, а какие такие операции вообще провели чеченские подразделения? Они собирали на камеры десятки тысяч солдат и где все они? С их слов, им якобы выделили участок – Спорное (население 80 человек) и Белогоровка (население 850 человек), которые штурмуют уже год. К тому же из Спорного один раз они вообще отступили под угрозой окружения во второй половине сентября 2022, после чего туда по просьбе помощи пришёл некоторый контингент Вагнера, и то из-за уважения к грамотному человеку Апти Алаудинову. Про Алаудинова, кстати, не первый раз слышу хорошие слова. Со слов пересекавшихся со мной в рамках взаимодействия ребят из УФСБ по ЧР, его пытался отравить сам угадайте кто. В целом ребята сигнализируют о большом количестве ввозимого в республику вооружения из Украины, которое не описано и не зафиксировано военной контрразведкой ФСБ России. Намекают, что оно может оказаться на чёрном рынке, у боевиков или же в схронах, которые под камеры потом якобы обнаруживают для отчётности. Ребята с Луганской комендатуры не рассказали особо о боевых походах, так как сами тоже в боях не участвуют, но потому и встречают своих визави в луганском ресторане «Корона». Там, говорят, Всевышний не видит греховное. Вагнеровцы неплохо отзывались о добровольческом подразделении «Ахмат» (не путать с регулярным военизированном подразделении «Ахмат»). Говорят, что помогали на флангах в Попасной и на Северодонецке, но отмечают, что состоят подразделения полностью из всех народов России, а командные должности занимают только чеченцы, от чего при выполнении многих задач бывают необдуманные и большие потери. Отдельным вопросом, конечно, стоит у неравнодушных читателей непонимание того, как сформировалась тишина вокруг того, что глава региона России признаётся в том, что вступил в сговор со спецслужбами противника, когда идёт война, а после осуществления её стороной части сделки, передал денежное вознаграждение, то есть, нарушив ещё одну статью уголовного кодекса. А потом в республику беспрепятственно российскому законодательству вернулся террорист, который сначала убивал русских в Чечне, а потом и на Украине, при чём в последней военной кампании он призывал это делать открыто. Мой друг, ветеран спецназа ВВ и войны в Чечне, объяснил всё этой новостью десятилетней давности и сказал, что ничего не изменилось. Вот такие думы у Русских солдат.