Что получит Россия в результате сочинской сделки и вообще от своего участия в сирийской войне, кроме временного удовлетворения геополитических амбиций Путина?
Западная пресса пишет, что Путин становится «ключевым игроком» на Ближнем Востоке. Но иностранные аналитики рассматривают происходящее как обычную для этого региона тактическую «шахматную партию»: ни долговременные, ни краткосрочные национальные интересы России ими в расчет, естественно, не принимаются; пишут «Россия», а имеют в виду Путина и его воинский контингент. Однако в самой России не могут не задаваться такими вопросами.
Каковы общие реальные человеческие потери среди россиян за четыре года?
Во сколько России на самом деле обходится операция в Сирии?
Как оценить последствия вооруженного вмешательства России во внутренний мусульманский конфликт (на одной из сторон), ведущий к жертвам среди беззащитного гражданского населения и значительным разрушениям?
Как оценивают на Ближнем Востоке заявления российского руководства о том, что одна из целей России в Сирии — испытание вооружений и обучение военнослужащих?
Не станет ли одним из последствий участия в кровавом сирийском конфликте всплеск терроризма, в частности идущего в Россию из Афганистана?
Почему Россия снова и снова ввязывается в сложные региональные столкновения, действуя в интересах кого угодно, но только не в собственных национальных?
Для чего России миссия контроля за турецко-сирийской границей, защита интересов страны-члена НАТО и откровенный конфликт с курдами?
Чем наша страна заплатит за все это?
Кстати, подписанный Путиным и Эрдоганом документ назвали «меморандумом»; на латыни «меморандум» — «то, о чем надо помнить». И запомнить этот документ придется далеко не только участникам помпезной церемонии подписания в Сочи.
К сожалению, эти договоренности, как и все, что происходит в Сирии с 2015 года, придется хорошо запомнить всем гражданам России. Потому что рано или поздно настанет время расплаты за странную и опасно противоречивую политику Владимира Путина на Ближнем Востоке. ТЕКСТ ПОЛНОСТЬЮ