В истории с Huawei Россия делает принципиальный выбор на долгие годы вперед. В технологическом плане, а значит, и в экономической перспективе этот выбор превращает Россию в сателлит Китая. Си Цзиньпин прекрасно это понимает и поэтому с полным основанием называет Путина «лучшим другом».

Но уже ни для кого не секрет, что Huawei прямо связана с китайским правительством и спецслужбами. Собственно, в этом и заключается причина, по которой власти США фактически вытеснили эту китайскую компанию с американского рынка. Но Россию возможное внедрение китайских спецслужб в стратегически важные национальные отрасли почему-то не смущает. Видимо, желание сделать что-то наперекор США (в данном случае заключить контракт с изгнанным с американского рынка концерном) для Путина важнее всего. Однако использование вопроса национальной безопасности России в качестве «шпильки» ненавистным американцам — непростительная политическая близорукость.

Что же нам мешает, почему мы не можем самостоятельно строить собственные 5G-сети и соответствующее оборудование? На мой взгляд, основная причина в отсутствии у нас главного, что необходимо для технологического и экономического прогресса в XXI веке, — свободы. У нас нет жизни без страха, нет государства, уважающего человека, а потому нет и настоящего творчества. А еще мы лишены не просто уверенности в будущем, но даже малейшего представления о том, что будет со страной всего через пять лет.

Точно знаю, поскольку много раз убеждался лично: люди в нашей стране исключительно талантливые и невероятно креативные. Но все это подавляется и уничтожается авторитарной мафиозной системой и вытаптывается чиновничьим государством. В этом смысле технологическая взаимосвязанность с Китаем еще более усилит репрессивный характер власти в России, поскольку китайский опыт в использовании государством новейших технологий в целях слежки и контроля за гражданами будет обязательно перенят российскими спецслужбами. Тем более что именно Huawei — ключевой разработчик систем цензуры и слежки за людьми в Китае.

Наблюдаемый разлом между США и Китаем актуализирует и вопрос о роли Евросоюза. В середине текущего века наверняка будет два центра экономической мощи: Северная Америка и Юго-Восточная Азия. Европа вполне могла бы стать конкурентоспособным третьим центром экономического развития, но при одном условии, а именно — при экономической, технологической, оборонной и отчасти политической интеграции с Россией и со значительной частью постсоветского пространства. Это является жизненным интересом не только России, но и самой Европы. Но у европейских политиков и аналитиков такое понимание отсутствует.

Однако, превратившись в активного участника американо-китайского конфликта на стороне китайцев и оказавшись в самом центре глобального разлома, Россия умиляется двум пандам, временно переданным председателем КНР Московскому зоопарку. Неожиданный же приход на российский рынок Huawei практически не обсуждается. И далеко не факт, что Путин или кто-то в его окружении вообще смотрят на происходящее с точки зрения этого глобального конфликта.

А что будет с Россией? Как наша страна определит свое место в мире к середине XXI века?
Не хотелось бы, чтобы, заигравшись в интригах сиюминутных политических амбиций, она, как падкая на лесть крыловская ворона, вновь «каркнула во все воронье горло, сыр выпал, с ним была плутовка такова…»

ТЕКСТ ПОЛНОСТЬЮ