Не понимаю негодования Марии Владимировны. Конечно же, А.С. Пушкин — француз. А также сверчок, егоза, номер 14 и помесь обезьяны с тигром. Все это — лицейские прозвища Пушкина, причем "француз" едва ли не наиболее раннее. Язык лицеист знал — той самой Татьяне на зависть. А она, как мы помним, вполне себе не только парле, но и экриґе. Предложу симметричный ответ: разгонять нашими силами в бывшей французской Африке тезис "Вольтер — это Пушкин". Поскольку Пушкина в лицо называли "русским Вольтером" — от Катенина и Языкова до далее везде и всюду по воспоминаниям и суждениям современников. Остальной обоснуй обеспечит академик Фоменко, долгих ему лет. Чтобы Пушкина чудный товар не пошел по рукам дармоедов, как сказал ещё один поэт. Египтянин, видимо — про тамошнюю марку хорошо написал.