Сегодня день памяти Александра Сергеевича Пушкина. День, когда он умер, на самом деле. Вы помните об этом? Ну, что поделаешь, тем не менее. Хотя да, всё началось чуть раньше, двумя днями раньше, когда 27 января по старому стилю, а 8 февраля по новому, 1837 года, под Петербургом в перелеске близ Комендантской дачи состоялась дуэль, на которой Пушкин был смертельно ранен в живот, а ответным выстрелом французский кавалергард Жорж Шарль Дантес, приёмный сын (и судя по многим письменным воспоминаниям современников, любовник) нидерландского посла барона Луи Геккерна, был легко ранен в правую руку. По идее, условия дуэли, по настоянию Пушкина, были смертельными и барьер разделял их на десять шагов, а стрелять разрешалось с любого расстояния на пути к барьеру. Секундантом Пушкина был его лицейский товарищ Данзас, секундантом Дантеса — сотрудник французского посольства виконт д’Аршиак. Были утоптаны дорожки, шинелями секундантов обозначили барьеры. Подполковник Данзас махнул шляпой, и Пушкин, быстро подойдя к барьеру, стал целится Дантесу в голову, но Дантес выстрелил раньше, почти не целясь и попал Пушкину в живот. Тот упал на шинель Данзаса, смертельно раненный. Он нашел в себе силы, чтобы лежа прицелиться и выстрелить. Дантес стоял правым боком, согнув правую руку в локте, закрывая грудь и разряженным пистолетом - голову. Говорили, что это его и спасло. Мол пуля пробила правое предплечье и сплющилась о пуговицу мундира. Но ту пуговицу так и нашли, а слухи о кольчуге ходят до сих пор. У Пушкина было сильное кровотечение, но врача не было и нечем было наложить повязку на рану. Пушкин потерял около 2 литров крови. Пушкина доставили домой. Все время до самой смерти он был в сознании. Пуля пробила ему кишечник в нескольких местах и, раздробив часть крестцовой кости, застряла поблизости от нее. Был момент, когда он, не выдержав мучительной боли, хотел застрелиться. Но Данзас успел отобрать у него пистолет, уже спрятанный под одеялом, сказав: «Не нужно, Сверчок» (ну да, это было лицейское прозвище Пушкина). А 29 января по старому и 10 февраля по новому Пушкин скончался в 2:45 в своем доме на набережной Мойки, дом 12. Да, и о кольчуге, которую вроде бы Геккерн как бы приобрел для Дантеса. На самом деле это были не просто слухи, ведь пуля Пушкина пробила у Дантеса мягкие ткани руки навылет, а потом попала в туловище. В показаниях Комиссии военного суда Данзас и виконт почти слово в слово рассказывали, как выстрел Пушкина сбил Дантеса с ног. Но по официальной версии, пуля срикошетила от пуговицы вицмундира. Только вот все говорят, что при ударе такой силы пуля скорее всего просто вмяла бы пуговицу в тело (ведь мундирные пуговицы тогда изготавливались исключительно из мягких металлов). Но, как мы все знаем, других ранений Дантес не получил. Да и кроме того, повторюсь, загадочная пуговица так и не была найдена и представлена суду. Но, кстати, есть ещё один, гораздо более подкрепленный фактами светский слух. Слух по поводу того, что Николай I дал поручение шефу корпуса жандармов Бенкендорфу пресечь дуэль и задержать дуэлянтов, поскольку о месте и времени дуэли знали буквально все. Но Бенкендорф, как принято говорить, «подошел к исполнению поручения формально». Мы бы сказали «насрал», но это же слишком грубо, да? На самом деле он послал жандармов останавливать дуэль, но послал их просто «на Черную речку», не уточняя конкретно — на какую, куда и в какую её часть. Жандармы съездили куда-то, никого там не нашли и разъехались по домам. Ну и да, простите, если вы в Питере сегодня - сходите на Мойку. Я когда там жил, то каждое десятое февраля, как идиот туда таскался. И хотя к этому плакату стоят цитатой стихи самого Пушкина, я, конечно, выросший в восьмидесятые, всё равно бормотал Владимир Семёновича, о том, что «в меня при цифре 37 в момент слетает хмель, вот и сейчас как холодом подуло. Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль и Маяковский лёг виском на дуло» https://t.me/malzoffsgallery/120740