ПОНЕДЕЛЬНИК: ГОЛОД И ЖАР Сегодня - день величайшей душевной муки. «Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся! Крещением должен Я креститься; и как Я томлюсь, пока сие совершится!» Эти слова сказаны Иисусом задолго до событий сегодняшнего дня, но Великий Понедельник - день такой душевной бури, что они звучат все время, в каждом слове, в каждом поступке Христа. Какой внутренней болью полно каждое Его движение, каждое слово, тронешь - и отзовется мукой. Все - болит. Что были Тебе эти последние ночи, Господи, когда Ты в сумерках уходил из Иерусалима и шел на гору Елеонскую? Сколько их было - Гефсиманских ночей? Минувшую ночь Он провел в Вифании, у Лазаря. Где-где, а в этом доме точно радовались от души: наверняка там толпилась куча народу, заходили, выходили, глядели на воскресшего Лазаря, прицокивали языком, воздевали руки, восклицали таращились на Равви. Смех, разговоры, поздравления, музыка, шум, шум, шум... Ему, наверное, хотелось тишины, покоя, отдыха перед мукой... молитвы. Но Он пошел в дом друзей, чтобы провести последние часы рядом с ними, не лишать их радости побыть с Ним. А Сам уже едва мог есть. Конечно же, сестры приготовили для Него угощение! Уж не оставили бы голодным, это точно. И от Вифании до Иерусалима совсем недалеко, несколько километров, но... "Поутру же, возвращаясь в город, взалкал" (Матф.21:18) Значит, в доме друзей Он не смог проглотить ни куска. Может, только утром - а может, еще со вчерашнего дня. И сейчас Ему немного надо-то, чтобы зажевать голод - пары неспелых смокв бы хватило… "И увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не найдя на ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла". Заметьте: Иисус не сказал ей: засохни. Сказал: да не будет плода вовек. Вполне могла и дальше зеленеть бесплодно. Может быть, с этим и связано будущее удивление Петра - смотри, смоковница, которую Ты проклял, засохла. Подумаешь, что он, чудес не видел? Лазаря на его глазах воскресили. Наверное, он бы не изумился, если бы Иисус сказал: засохни, и та бы засохла. Но здесь иное: Господь не проклинает. Нам до конца показывают, что бы случилось, если бы Господь согласился с нашим желанием бесплодить. И то на примере дерева: слишком дорожит Христос каждой душой, чтобы показывать на живых людях. Лук 11:23: "Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает." Есть всего два пути: или собирать, преумножать, приобретать с Ним - или расточать, терять. Третьего пути - "нейтрального", идя которым можно и не собирать с Ним и для Него, и ничего не терять - не существует. Нет пути, на котором можно бесплодно зеленеть, жить исключительно во имя свое без всяких последствий. По одной из легенд именно на иссхошей смоковнице повесился Иуда. Может быть, именно на этой и повесился. Дерево-самоубийца и ученик-самоубийца. Иисус уже забыл про голод: впереди Иерусалим, оскверненный торговцами Храм, последние слова людям, и все это - на одном жаре томящейся души. И до чего отчетливо Его одиночество, какая разница между Ним - и Его апостолами, не знающими, не понимающими. Смеются, поди. Спорят. Места в грядущем Царствии делят. Переругиваются беззлобно. У тех, кто рядом в эти дни, жизнь такая яркая и кипящая, плотная до осязаемости, набитая событиями, стремлениями, чаяниями, радостным предвкушением давно желанного: Учитель, Мессия и Господь, наконец-то согласился на триумф, наконец-то услышал "осанна" и по пророчеству вошел в Свой город. Еще немного, еще чуть - и свершится, сбудется!... Он - Царь, они - при Нем. ...а Его жизнь течет сквозь пальцы тонкой песчаной струйкой, она разрежена, как горный воздух; в ней уже не будет того, сего и этого: не будет вкусного ужина и мирного ночлега в доме Марфы, Марии и Лазаря, не будет долгих вечеров с учениками под сенью галилейских холмов... не будет вкуса смокв, которых так неожиданно и недостижимо захотелось сегодня утром.