Константин, в монашестве Кирилл, был младшим ребенком в большой семье и, как младшенький, вырос избалованным. Мужским делом он заниматься не захотел, в отличие от Мефодия, ставшего военным, и решил подыскать себе занятие попроще — отправился ближе к власти, то есть в столицу, и сделался филологом.
К женскому полу Константин был по не до конца понятным причинам равнодушен. Когда знатный константинопольский чиновник предложил ему жениться на его крестнице, красивой и богатой, Константин, сославшись на то, что для него «нет ничего выше учения», отказался.
Работать он не очень хотел и выбил себе место библиотекаря. Однако даже здесь он долго не выдержал и вскоре сбежал, так что «искали же его 6 месяцев и едва нашли его и … не могли принудить его к той же службе».
Тоскуя в библиотеке, Константин решил, что неплохо бы мир повидать, и напросился участвовать в различных миссиях. Поскольку, как филолог, Константин был горазд подолгу рассказывать о разных вещах, его стали отправлять поговорить в далекие края. Но ему было непросто. Его отправили к хазарам вести богословские споры с иудеями, но по дороге выяснилось, что Константин не знает еврейского языка и ему пришлось зазимовать на полдороге в Крыму, чтобы, наняв учителя, спешно что-нибудь этакое разучить.
Миссионером Константин был так себе. Так, он, будучи у хазар, якобы переспорил раввинов, но на самом деле хазары христианами не стали, а вскоре после этой миссии у них окончательно утвердился иудаизм.
Никакую славянскую азбуку Константин сочинять не собирался. Когда его решили отправить к славянам в Моравию, он заявил, что поедет туда, только «если есть у них буквы для их языка». Но император настоял, так что пришлось ехать. Чтобы не скучать, Константин поехал с братом.
Оказавшись в Моравии, Константин в качестве византийского учителя набрал учеников из местных и дал им задание переводить греческие богослужебные тексты на славянский язык. Но вскоре жить в этой глуши ему надоело, тем более что обстановка в Моравии была очень нервная и немецкие церковники так и норовили чем-нибудь ему досадить.
Тогда он, как уже не раз делал, решил сбежать и убедил брата поехать в Рим. В Риме оказалось, что Константин совсем не лишен предприимчивости и смекалки. Найденные когда-то в Крыму чьи-то кости он выдал за мощи святого и обменял их на разрешение папы римского вести службу в Моравии на славянском языке.
Мефодий был очень доволен и стал собираться назад. Но тут выяснилось, что Константину так понравилось в Риме, что в славянские дебри он возвращаться не намерен. Серьезный и ответственный Мефодий призывал продолжать богоугодное дело, но нет. Константин постригся в монахи, чтобы сменить имя и стать Кириллом, а затем сказался больным, чтобы никуда не ехать.
Мефодий, чтобы не позорить честь семьи и страны, сообщил всем, что Константин-Кирилл умер, а сам скрепя сердце вернулся в Моравию.