ЛУК И СТРЕЛЫ

По-русски мы говорим: «лук и стрелы». А почему не «стрелы и лук»? Возможно, дело в том, что лук важнее — он то, из чего стреляют. И во многих других языках та же логика:

английский — bow and arrow,
французский — arc et flèche,
греческий — τόξο και βέλος,
финский — jousi ja nuoli.

Во многих, но не во всех. В некоторых говорят как раз-таки наоборот — «стрела и лук»:

немецкий — Pfeil und Bogen,
иврит — сhetz v’keshet,
голландский — pijl en boog,
шведский — pil och båge.

В чем же здесь логика? Видимо, смысловая значимость в этой паре начинает играть роль только в том случае, если в обоих словах равное количество слогов (или равная длительность гласных). А в случае неравенства первым просто идет более короткое слово.

Ритмическими соображениями, вероятно, объясняется и тот любопытный факт, что из приведенных примеров только в русском языке слова в составе этой конструкции употребляются в разных числах: необходимое ударение на первом слоге обеспечивают лишь «стрелы», но не «стрела».

Задать вопрос @UchenyjBot