КАТОРЖНЫЕ ТРОПЫ

Уже и не вспомнить точно, с кого это началось, но только очень давно метафора и метонимия рассматриваются не только как два главных тропа, но и как два полюса языка, два его противоположных аспекта. Между тем возможность их наложения совершенно не исключена.

Обратим, к примеру, свой мысленный взор на сбежавшего из принстаунской тюрьмы каторжника Селдена — второстепенного героя повести Конан Дойля «Собака Баскервилей».

Когда он погиб, и Холмс, и Ватсон, и Стэплтон приняли его труп за труп сэра Генри. Почему? Да потому, что он выглядел точь-в-точь как сэр Генри: «И сердце у нас замерло — при свете спички мы увидели, что перед нами лежит сэр Генри Баскервиль! Разве можно было забыть этот необычный красновато-коричневый костюм — тот самый, в котором баронет впервые появился на Бейкер-стрит! Нам достаточно было секунды, чтобы узнать его, а потом спичка вспыхнула и погасла так же, как погасла в нас последняя искра надежды».

Иными словами, Селден предстает им метафорой сэра Генри.

Но каковы были обстоятельства смерти несчастного каторжника? Пытаясь спастись от погнавшейся за ним собаки, он сорвался со скалы и разбился. А почему за ним погналась собака? Читаем: «Я вспомнил, что баронет подарил Бэрримору чуть ли не весь свой старый гардероб. Значит, Бэрримор отдал его Селдену, чтобы тот переоделся к отъезду. Башмаки, рубашка, кепи — все носил когда-то сэр Генри <...> Значит, несчастный погиб из-за костюма <...> Собаке, конечно, дали понюхать какую-нибудь вещь сэра Генри — по всей вероятности, тот самый башмак, который был украден в отеле, — и пустили ее по следам каторжника».

Иными словами, собаке Селден предстает метонимией сэра Генри.

Задать вопрос @UchenyjBot