Мне кажется, у меня никогда не было таких страшных Новогодних каникул, как зимой 2021 года.
31 декабря у мамы поднялась температура. Мы легко сбили ее, для того, чтобы провести хорошо Новый год. Провели...
В первых числах января температура держалась в пределах 38. У нас даже получалось делить обязанности по дому, пока я занималась Санечкой. Да, морально сильно подкосили проблемы с кошкой. В плане животных я максимально неравнодушный человек. Я не могу просто сказать "А, ну, это животное", для меня это член семьи.
И пока я бегала с Санечкой по больницам на перевес, у мамы температура неожиданно поднялась до 39,6, сопровождаясь сильным кашлем и обмороками. Но я пропустила этот момент. Меня на все не хватало. Очнулась я только тогда, когда нам позвонили из городской больницы и вызвали на КТ.
На следующий день я поехала к врачу за маминым направлением на процедуру (привет бюрократия!), рассказав ей все симптомы, она медленно подняла на меня глаза полные ужаса. И тогда я поняла в какой жопе находится моя семья. Я помню как-то писала, что мне не страшно заболеть. Мне страшно за мать. Потому что я как-нибудь справлюсь, а вот пожилая мама, мой единственный родственник - нет.
Врач задала один риторический вопрос в стену: где скорая?
Я помню с какой скоростью и нервами ехала домой с направлением на госпитализацию и КТ. Как собирала мамины вещи, как в бешенстве искала место на парковке, как ждала.
И нет ничего хуже, чем просто ожидания.
Я сидела под дверью с табличкой "Красная зона" два часа и просто ждала, слушая рассказы про трупный запах, про последствия ковида, про выживаемость после ивл. На моих глазах завозили людей с критическим состоянием, людей, которые были уже не здесь, не в этом мире. Забавный факт, что в ожидании сидела не я одна, а еще толпа здоровых стариков, которые пришли просто "провериться", потравить байки о том, как они ходили на КТ и видели трупы. Они делали все процедуры и с диагнозом "у вас чистые легкие" продолжали сидеть в "Красной зоне", видимо, рассчитывая на заражение. Им даже было интересно взять интервью у меня, как у очевидца, который выхаживал ковидного больного уже более семи дней.