Это вечное желание молодежи свалить, слившееся с невозможностью разлюбить свои родные места. Такие провинциальные, такие настоящие. Деревенька Турнедален, где по-шведски говорят с финским акцентом. А финский звучит совсем по-шведски. А есть еще и причудливые приезжие, которые не говорят ни на одном из местных диалектов, но ухитряются поладить со всеми.

"В научных целях таможенник остановил Грегера, который как раз собирался укатить, и как бы между прочим, спросил его по-фински, который час:
– Митас келло он?
– И вам того же, - любезно ответствовал Грегер.
Из всего вышесказанного, таможенник заключил следующее:
Грегер не знает финского языка (за исключением нескольких искаженных ругательств - приложение 1, как уже сказано). Не лучше него разбирались в сконском и пенсионеры. То, что они чудесным образом все-таки понимали друг друга, можно объяснить двумя причинами: обильной и понятной жестикуляцией Грегера, а также его весьма обширными агрономическими познаниями.
Сын у этого таможенника, лингвист из Умео, даже начал писать диссертацию на тему: "Билингвальная коммуникация в северно-скандинавской мультикультурной среде", но спился и свой труд не закончил.
Сам Грегер, когда его стали выводить на чистую воду, только весело заржал. Такой уж они народ, эти южане. Весельчаки".

Прочесть эту книгу – это как…вспомнить среди снежной зимы, что бывает и лето. Всю ночь проболтать с другом, выпив чашек сто чая. Понять, что все крохотные моменты имеют вес. Еще раз прожить детство, только теперь – в глухой шведско-финской деревушке 60-х.