Второй эпизод сериала #зумеры_проживают_катастрофу Моя следующая героиня — человек мира. Ездила в Канаду, поступила в Вышку на соцфак, год училась в штатах. С ней я обсудила, что она думает про «русофобию» и культуру отмены. Имя: Арина Год рождения: 2000 Я: Твоя первая реакция утром 24-го февраля? Арина: 24 февраля — день, которого я ждала больше всего на свете. Последний месяц я готовилась к финальным экзаменам по обмену в Германии (которые оказались не самыми простыми), спала по 5 часов и просто предвкушала, что ровно после 24 февраля я заживу спокойную жизнь. Как обычно перед экзаменом я проснулась в 6:30, чтобы успеть и поработать, и еще раз пробежаться по материалу. Утром рефлекторно беру телефон в руки, чтобы проверить чаты. Вижу сотни сообщений в телеграм-каналах. Листаю. Первая мысль — это не может быть правдой. Вторая мысль — я так и знала*. Я лежала еще минут 20 и надеялась, что мне это приснилось. Поняла, что все реально, когда коллега в 7 утра написала в общий чат. Объясню свое «я так и знала». В декабре с друзьями обсуждали «слухи» по вторжению России в Украину, потому что все читают новости, но все разговоры сводились к: «Да ну нет, не может быть, не в 2022». Я: По сути, мы уже второй раз переживаем «чёрного лебедя»: коронавирус и военные действия сейчас. Можешь вспомнить, как ты переживала тот кризис, и как переживаешь сейчас? Арина: В 2020 году я училась в США по обмену и «эпоха ковида» началась для меня чуть раньше, чем для других. Первый кейс заболевания в штатах был где-то в конце января, а ограничения начали вводить уже в конце февраля. Тогда в России еще никто не понимал серьезности происходящего. Сейчас я пересматриваю воспоминания с тех времен, и там я вся в слезах. Тогда меня со дня на день могли отправить домой (и отправили), и было очень мучительно ждать, когда же это все-таки случится. 2 года назад было ощущение, что у меня преждевременно отнимают частичку меня, частичку моей жизни. Теперь у меня ощущение, что у меня отбирают будущее. Я: Были ли у тебя накопления? Как ты с ними поступила? Арина: О да. Не знаю, зачем я копила в рублях и чего ждала. Закупались долларами и евро по 130/140 рублей. Так что если вы думаете, что вы лох — вспомните про меня :)) Перевела даже всю свою финансовую подушку. Теперь даже пофиг, это просто бумага. Если будет дефолт — я молодец, если нет — ну ладно, заработаю еще. И надеюсь, уже не в рублях 🙂 Я: Сталкивалась ли ты с негативом по национальному призраку? Что ты думаешь про мнение, что сейчас весь западный мир катится в «русофобию»? Арина: Никогда не сталкивалась. Училась в штатах, и на самом деле, всем вообще было все равно, из какой я страны. Что ты говоришь и делаешь гораздо важнее того, откуда ты. В Германии (училась по обмену, онлайн) в основном спрашивали про наш полит.режим (и как в нем живется) и экономику. В путешествиях тоже никогда. Про русофобию на индивидуальном уровне. Кажется, что это проявляется только от людей без образования / без способности критически оценить информацию. Мои друзья и знакомые, даже те люди, с которыми я общалась всего 1 раз в путешествиях, написали мне почти через день и спросили: «Как ты?». Но западная cancel culture зашла ну слишком далеко. Меры некоторых организаций прям крайне популистские. Особенно тревожат решения вузов и образовательных организаций. Одна из целей устойчивого развития ООН — обеспечить качественное образование для всех. Как-то быстро о ней все забыли 🙂 [говорю про решение ETS, Tartu university, например]