Сейчас будет невероятная история о LGBTQI2S-любви, которая привела к нарушению антидопинговых правил Собственно, герой уже известен — это канадский пловец Маркус Тормайер, сдавший внесоревновательную пробу со следами LGD-4033 19 января 2022 года. А вот то, как Запрещенная субстанция попала в организм Тормайера — это чисто канадская тема с обменом всякими жидкостями, которую мы слышим уже не в первый раз. Есть у Тормайера партнер, Чед Полони. Он не спортсмен, так, физкультурник. И, будучи физкультурником, он сознательно приобрел и принимал LGD-4033 «recreationally». История умалчивает, когда Тормайер и Полони стали парой, но в ноябре 2021-го второй сообщил первому, что с LGD-4033 завязал. Тормайер попросил Чеда, если тот снова начнет прием, сообщить ему. Ну, они же пара и не должны ничего скрывать друг от друга. В декабре 2021-го пара отправилась на Гавайи, встретить там НГ, вернуться они планировали 5 января, но вмешался COVID-19 — результат теста Полони оказался сомнительным и тот был вынужден остаться на Гавайях до прояснения ситуации. Тормайер вернулся в Ванкувер и, от греха, как возможный контактировавший, остался в самоизоляции в доме Полони. Чуйка Тормайера не подвела — 8-9 января он сдал положительный тест на COVID и был вынужден продолжить пребывание в доме Полони в изоляции. Полони вернулся 17 января и, не говоря ничего Тормайеру, возобновил прием LGD-4033 (нафига?). Понятно, что после двухнедельной разлуки они сразу оказались в постели и, в какой-то момент, Тормайер выпил из бутылки с водой, принадлежавшей Полони. И вот там, видимо, был LGD-4033, который, это отдельно упомянуто в решении, Полони использовал в жидкой форме и растворял в воде. Так как Тормайер никогда ни в каких антидопинговых делах до этого замешан не был, и вообще является лидером LGBTQI2S-сообщества с момента как он рассказал о своей ориентации в 2016-м, плюс он не просто спортсмен, а будущий доктор зоологии (докторскую начал писать после ОИ в Токио), арбитр решил, что года будет достаточно. Ключевым, на мой взгляд, в данном деле, является то, что с Тормайера практически сняли ответственность за то, что покупает и пьет его окружение, т.е. партнер. Равно как и ответственность за то, какие вообще субстанции могут находиться в доме, где живет спортсмен.