Есть такой южнокорейский фильм, «Кооперация», про совместную работу цензора КНДР и детектива ЮК в Сеуле, отчасти — калька с первого «Часа пик» и «Красной жары», с поправкой на специфику. В общем и целом — «кокаинум», все дела. Так вот, возвращаясь к теме «однажды, в далекой-далекой галактике, где-то между просекко и кимчхи» — мы все, конечно, выросли из загадочного образа закуривающего «Беломор» бывшего корнета, каждая складка на лице которого — история. Поднятый воротник шинели где-то на берегу Белого моря; Шепот гимназистки в капроновых чулках: «Mon amour, allons-nous en d’ici»; Селянки, полоскающие простыни в ледяной морской воде; Хроническая нехватка морфина, например И вот что тут делать, а? Вырвать из души чулки гимназистки, уехать в родовое гнездо на берегу уже совсем небелого моря или остаться и оставить рядом гимназистку, связав ее поперву свежепрополосканными селяками простынями (время лечит, к сорока привыкнет)? Вот вопрос, на который Гумилев так и не ответил, рассуждая о пассионариях. А если не ответил Гумилев, то не ответит никто, qu’est-ce que tu vas faire.