Есть такой вестерн второй волны, «Всадник с высоких равнин», там Иствуд в главной роли, он режиссер и вообще — главный. Отсылки к спагетти-вестернам очевидны, но фильм все равно культовый, без «бэ». И вот, он там входит в салун, заказывает бокал пива и бутылку виски, после чего валит всяких лишних персонажей. Эта сцена, во многом, стала знаковой, подростки, смотревшие этот фильм, мечтали войти в салун ровно так же, как и герой Клинта в том вестерне. Сурово. Непримиримо. Без соплей. У нас было так же: Стельвио, снежная буря, одно из двух кафе на вершине перевала. Входит человек, в соли и грязи, берет эспрессо и панини. Левые чики, случайно оказавшиеся на перевале, смотрят на него вожделея, спонсоры левых чик, купившие им все эти Pinarello, — с ненавистью. А он просто выпивает эспрессо, съедает панини, и уходит на спуск. Один. И все воют. И чики, понявшие, что не увидят его больше никогда. И спонсоры этих чик, осознавшие, что все, никакие деньги уже не помогут. Вот это высший шик. Все остальное — тлен и Дубаи.