Гражданин Левит — и давайте, наконец, оставим словоерсы тем, кто возвел коверкание чужих имён в ранг культурных особенностей, — так вот, гражданин Левит, вероятно, забыл, что руководит территорией, где всего-то восемьдесят лет назад — в Румбульском лесу и тому подобных местах — случился практически полный юденфрай. Не стопроцентный, как на другой территории, что к северу от Латвии. Но 90 процентов латвийских евреев латышское общество — Арайсы, Цукурсы, Калейсы и пр. почитаемые в Латвии общественные активисты; тысячи их — изолировало с таким размахом, что и посейчас кто угодно устрашится. Семьдесят тысяч человек, между прочим. Не включая пригнанных в Латвию на расправу; с ними — под сто тысяч. А гражданину Левиту вот — не страшно. Почему ему не страшно — понять трудно. Может быть, Эгил Левит всерьез полагает, что коснуться его инициатива может только этих гадких русских, проживающих на территории Латвии. Или, может быть, он просто неумен, хоть и президент. В любом случае, налицо полнейшее самоотречение, граничащее с самоотрицанием. Завидовать, безусловно, не будем, но комната с мягкими стенами и без острых предметов нынешнему главе Латвии определенно не повредила бы.