Военный обозреватель Владимир Шурыгин приводит свой разговор со старшим офицером черноморской морской пехоты: О сроках освобождения Мариуполя «Что вы всё про сроки? О другом надо говорить! Когда мы закончим с «Азовсталью», у нас под ружьём будет десять тысяч лучших в мире бойцов, закалённых месяцем тяжелейших городских боёв, с которым мы пойдём дальше. А Украина получит пятнадцать тысяч трупов своих самых упоротых и обученных нацистов. Поэтому, сегодня я не считаю их убитых - в этом нет смысла. Уничтожим всех! Сегодня я, в первую очередь, берегу своих бойцов. Каждый из них – на вес золота. А для «Азова» в Российской армии хватает дистанционных средств уничтожения. Спокойно, методично и без всякой для них славы. Городская дезинфекция крыс…» О тактике «…Не надо себя накручивать неприступностью «Азовстали». То, что там есть убежища, автономные системы жизнеобеспечения и подготовленная в инженерном отношении оборона это ещё ничего не значит. Кёнигсберг был не хуже укреплён! Взяли! С помощью пленных выявлены основные их логова. Мы знаем с кем воюем, знаем, что там у них осталось? Настроение у них всех, как в ставке Гитлера перед концом. Вот друг на друге уже женятся… Да, дерутся, что называется, с яростью обречённых. Так ведь и обречены! …В их обороне есть свои уязвимые места. Главное из них - им всё время приходится большую часть сил держать под землёй. То есть, в обороне заняты не все полторы тысячи, а, максимум, сотня – полторы, тех, кто наверху. По ним постоянно ведётся огневое поражение. При этом кольцо вокруг них постепенно сжимается, а их оборона ударами с воздуха и огнём тяжёлой артиллерии превращается в руины. Вчера был хорошо защищённая огневая точка, а утром на её месте гора разбитого бетона. Нужно искать другую позицию, а это не так-то просто под огнём. Нащупываем их систему вентиляции, основные и запасные выходы. Думаю, что скоро пустим в действие стратегическую авиацию с «тяжёлыми» бомбами и тогда дело пойдёт веселее. Было бы идеально просто их там всех замуровать. Но это уже из раздела мечтаний. Повторюсь, для нас сейчас главное беречь своих бойцов. Сражение за Мариуполь закончено. Город наш! И это уже никто не изменит. Осталось, как раньше говорили, подавить последние очаги сопротивления...»