Почему женщинам в Ингушетии нужна помощь с проблемой домашнего насилия В 2019 году в Северной Осетии несколько женщин основали организацию по борьбе с домашним насилием «Хотæ» (с осетинского — «Сестры»). Когда об этом стали узнавать, на них посыпались десятки обращений. Женщины рассказывали об избиениях, угрозах, шантаже и просили помощи. К «Хотæ» обращались из соседних регионов, в том числе из Ингушетии. Одну из пострадавших активистки разместили в частном приюте, но вскоре из-за угроз со стороны правоохранительных органов и родственников «Хотæ» были вынуждены отказаться от помощи и передать ее дело правозащитной организации. Владикавказ вообще становится частым пунктом назначения пострадавших от домашнего насилия для уроженок Ингушетии и Чечни — там не распространены убийства чести, нет практики отнимать детей у матери после развода. Исследовательница Саида Сиражудинова, сделавшая два доклада об убийствах чести, говорит, что это не отдельные эксцессы, а системная проблема, заключительный этап, которому обычно предшествует череда издевательств и давления. Полиция по идее должна защищать женщин до этого самого заключительного этапа, но, как правило, предпочитает не вмешиваться. По данным правозащитников, в Ингушетии, Чечне и Дагестане с 2008 по 2017 год было совершено 33 убийства чести, и всего было убито 39 человек. Убийцам женщины приходились дочерями, сестрами, женами, племянницами. Только 14 случаев из 33 дошло до суда и только 13 мужчин были осуждены. По словам Саиды, это «вершина айсберга». По статистике «Хотæ», 40% жертв насилия из 700 опрошенных не рассказывали о нем даже самым близким, лишь 8% обратились в полицию и 4% — в органы соцзащиты. «Полиция делает все, чтобы отвязаться от таких дел. Распространенной становится ситуация, когда у насильника вдруг находится родственник в прокуратуре (полиции/ФСБ/ЦПЭ)», — говорят в «Хотæ». В конце мая этого года в Ингушетии произошло убийство жениха, укравшего девушку, судя по всему, с ее согласия, а сама девушка пропала без вести. В июне Магасский суд отказался вернуть детей матери. Они живут с семьей отца, от которого девушка ушла из-за регулярных побоев. К сожалению, без принятия закона о домашнем насилии, без обучения полицейских, без государственных шелтеров решить проблему вряд ли удастся. И едва ли это произойдет в обозримом будущем.