Ход терапии На протяжении первого года терапии Н. снова и снова ставила под вопрос организацию и правила терапии, то опаздывая на сеансы, то забывая о назначенном времени, то требуя «срочно» принять ее. Сложность заключалась в том, что терапевту нужно было организовать достаточно надежное и постоянное пространство (что обеспечивало бы чувство безопасности и предсказуемости), не сваливаясь ни в сторону чрезмерно заботливой матери (позволяя сильно расшатывать границы работы), ни в сторону авторитарного отца (не идя на уступки и не позволяя никакой гибкости в договоренностях). На второй год работы Н. стала более цельно воспринимать терапевта, не расщепляя его на хорошего, поддерживающего и злого, отвергающего. Она убедилась, что границы терапии нужны не для ее отвержения, а для создания предсказуемости, которой ей так не хватало в детстве. Параллельно с этим пациентка наконец начала разбираться в отношениям со своими родителями: дифференцировать себя от матери в ее хаотичном внутреннем мире, отграничиться от отца и ощутить в себе силы не подчиняться ему. Надежные отношения с терапевтом позволили приобрести Н. столько уверенности в привязанности, что со временем ей удалось построить стабильные партнерские отношения. Терапия на этом этапе перестала быть такой значимой. P.S. Интересная штука есть в терапии, основанной на теории привязанности. Если в классическом психоанализе терапевт очень четко следит за соблюдением правил и договоренностей, не позволяя переносить встречи или отменять их, то здесь правилами допустимо пожертвовать во благо установления надежной привязанности. Правильного варианта нет, разные стили используются в зависимости от личности терапевта и личности клиентов, к нему приходящих.