Бриш описывает случаи, с которыми он работал в стационаре. Начнем с описания симптоматики зависимого поведения. Пациентка С., 17 лет, пришла в сопровождении сотрудницы по делам молодежи. Несколько раз она попадалась при проведении полицейских облав в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. На первичной беседе С. создает впечатление автономной и независимой персоны, старается не ударить в грязь лицом, стремится поменяться ролями, задавая вопросы по типу «Как дела? Что я могу для вас сделать?». И тем самым уже терапевт отлавливает у себя чувство беспомощности и необходимости обратиться за советом (в этом виден контрперенос, то есть те чувства, которые пациентка вытесняет). По ее словам, никакая помощь ей не нужна, и если бы только ее возлюбленный мог любить ее так, как ей нужно, не бросая и не обманывая ее с другими женщинами, прибегать к веществам не было бы нужды. Описание ранней истории и возникновение сложностей Мать с самого начала была больше увлечена собственной карьерой, и в основном об С. заботились бесконечно сменяющиеся няни. Даже когда ей удалось провести с матерью какое-то время, девушка не была удовлетворена качеством проведенного времени («по-настоящему она не присутствовала сердцем и душой»). В подростковом возрасте С. постоянно влюблялась в разных мальчиков и от тоски не могла думать об учебе. Каждая влюбленность приносила все большее разочарование. Мать вышла замуж уже в третий раз, и С. не знает, где она сейчас. Со своим родным отцом С. не поддерживает отношения уже около двух лет. С. переводили по многочисленным интернатам, сейчас она живет в молодежном центре, однако все попытки наладить успеваемость рушились, так как она «была безумно влюблена». Посещая вечеринки, пациентка пристрастилась к алкоголю, так как это позволяло ей снизить интенсивность боли, когда ее бросал очередной парень. В состоянии подавленности она стала пробовать наркотики. Это не происходит регулярно, лишь тогда, когда ей особенно плохо и она не может больше выдерживать боль и тоску. Соображения относительно динамики привязанности С. не была вовлечена в реальную эмоциональную привязанность ни с родителями, ни с замещающими лицами (нянями), поскольку они постоянно менялись и не создавали надежной базы. Со временем С. отучила себя надеяться и ждать, что кто-то из них останется с ней надолго. Попытки построить привязанность с объектами влюбленности заканчивается разочарованиями, и это выносит на поверхность весь спектр скорби и печали по непрожитой привязанности к своим родителям. В отсутствии надежной привязанности становится невозможным выносить всю возникающую боль, и С. заглушает чувства сначала алкоголем, а потом и наркотиками, которые становятся объектами зависимости и псевдопривязанности (в отличие от людей, вещество всегда можно достать, и его проще контролировать). Эти рассуждения и данные с первичной встречи свидетельствуют скорее об избегающем отношении к привязанности.