Я не могу написать цельный текст, поэтому будут зарисовки, коих уже множество - Тебе кажется нормальным, что протестующих на улице бьют дубинками? Сначала мама не верит: "они заблуждаются, с ними просто разговаривают". Наконец выдает: "ну а как с ними еще?". В этот момент мне срывает крышу и я падаю в истерику. Потому что опыт регулярного физического насилия в детстве был и у меня, и с точно таким же оправданием: "ну ты же не понимаешь по-другому!". Любой кризис помимо текущей боли вынимает изнутри то, что было заложено, спрятано, вытеснено раньше. Все эти выносящие чувства от соприкосновения с чужим, отличающимся от моего мнением - признак того, что затрагивается что-то глубоко личное. Если можно бить протестующих, значит можно бить и меня. Если можно допустить смерти других людей, значит и моя жизнь кажется тебе не такой уж и ценной, ну потому что какая к черту разница? Я точно такой же человек. Так много людей рвут близкие связи из-за этих расхождений, но они куда более личные, чем может показаться на первый взгляд. Если говорить про переживания и чувства, а не стараться доказать свою правоту, шанс быть услышанным возрастает. Хоть и гарантий я вам, конечно, дать не могу. *** Моя работа - одна из немногих вещей, что держала меня этот месяц. Я не смогла занять роль всеподдерживающего утешителя (как бы мне ни хотелось), и поддержки хватало только для клиентов. На этой неделе у меня будет очередной семинар специализации по кризисам и травмам, и я раз за разом вспоминаю, как нам говорили: "с острым стрессом вы будете встречаться крайне редко, в таком состоянии клиенты обычно не приходят". Угу. *** Абсолютно несравнимый ни с чем опыт ведения сессии, на фоне которой слышны взрывы. *** Я остаюсь в России. Хочу видеть свою страну свободной. Хочу работать для того, чтобы люди вокруг меня ощущали свою ценность, значимость и способность влиять на события вокруг. Могли отстаивать свои границы. Могли любить себя и ближнего. Могли трезво смотреть на мир даже в критической ситуации. Это единственное, что мотивирует меня не уйти во внутреннюю эмиграцию от чувства собственного бессилия.