В экстренных условиях, когда речь идет о спасении жизни, то есть в скоропомощных отделениях больниц, и этика и закон обязывают врача оказать помощь и вывести пациента в стабильное состояние. Казалось бы, тут вопрос вакцинального статуса никак не может повлиять на решения врача. И в обычных условиях так и работает. Но пандемия вносит новые переменные. Во времена пандемии мы вспоминаем науку, которую лично я изучал только на военной кафедре — медицинскую сортировку. Это обычно дело во время военных действий, а в мирное время она используется во время катастроф и терактов. Медицинская сортировка направлена на то, чтобы вернуть в строй максимальное количество пациентов. Поэтому первым делом при сортировке отсеиваются те, кто громче всего себя ведет — это легкораненые или легко больные, которые могут подождать. А потом отсеиваются те, кому уже нельзя помочь. Относительно остальных происходит сложная оценка рисков, но в целом есть надежда, что если отсеяли легких и критических, то на остальных ресурсов должно хватить. И вот в пандемию врачи спрашивают профессора этики, что делать, когда отделения скорой помощи и интенсивной терапии переполнены и необходимо заниматься сортировкой. Можно ли тогда передвинуть непривитых в конец очереди? Они ведь сами ответственны за то, что не обезопасили себя и других. «Я не стал бы помещать кого-то в конец очереди только из-за того, что он не сделал прививку», — говорит Артур Каплан. Но продолжает размышлять о том, в каких условиях отсутствие прививки может быть этичным поводом для того, чтобы понизить приоритет пациента в очереди. Он находит аргумент, хотя и отмечает, что это не общее, а скорее частное решение вопроса, которое применимо в особенных случаях. Итак, вакцинальный статус в некоторых ситуациях может повлиять на прогноз. Если отсутствие прививки привело к тому, что шанс успешно вылечить пациента низок: болезнь зашла слишком далеко или вероятность того, что пациент ответит на имеющееся лечение, очень низок, — то мы можем отсортировать пациента в конец очереди, а скорее помочь кому-то, чьи шансы значительно выше: например, человеку с сердечным приступом или другим острым состоянием. Мы понимаем, что речь идет конкретно о ковиде, и именно непривитые составляют больше 99% пациентов интенсивной терапии (это в США, у нас может быть другая статистика, а точнее нет никакой; кроме того, не забывайте, что не все «привитые» в России на самом деле получили прививку, многие купили сертификат). В качестве дополнительного аргумента профессор приводит давно распространенную в США практику, когда педиатры не принимают семьи, которые не вакцинируют своих детей. У них это норма, но у нас такая практика может вызвать большое возмущение — по причинам, которые я описал в начале текста. Лично я принимаю всех, в том числе антипрививочников, но мне нравится осознавать, что это мой выбор, а не моя обязанность. Итак, с точки зрения профессора этики из Нью-Йоркского Университета, этично отказать пациенту в неэкстренной помощи, если он отказывается прививаться, потому что такой пациент подвергает опасности не только себя, но и других пациентов, сотрудников медучреждения и самого врача, а также потому, что он не выполняет рекомендаций. В экстренной помощи непривитым отказывать неэтично, но при медицинской сортировке они могут быть отодвинуты в очереди, если отсутствие прививки позволяет прогнозировать неблагоприятный исход. В целом мне близки рассуждения профессора, хотя я и понимаю, какое неприятие это может вызвать. Поэтому я призываю вас к обсуждению этого вопроса. Поделитесь, что вы об этом думаете?