Два слова о небесах Сегодняшний опрос планировался о том, как христиане представляют себе конечную точку своего пути, последнюю остановку для собственного бытия. Должны ли этим местом стать Небеса (как вы их понимаете) или нет. Вопрос кажется очевидным в своей простоте, ведь все знают: все псы настоящие христиане попадают в рай если пройдут мытарства. И все же, в символе веры, который мы читаем, почему-то нет ни слова о небесах. Мы не читаем каждое воскресенье "чаю оказаться в Раю", а вместо этого говорим: "чаю воскрешения мертвых и жизни будущего века". Почему так? Точнее, почему и откуда возник этот разрыв между обыденным представлением о посмертии и тем, в которое должны верить христиане? Предполагаю, что причин несколько. Первая — гностическое влияние, подарившее христианам не только идеи посмертных испытаний, но и само представление о прекрасном месте, в которое можно попасть, отмучившись здесь, на Земле. Вторая — как ни странно, слова Христа, Который обещал распятому разбойнику место в Раю. И все же, как правильно заметили в комментариях, христианская вера в той полноте, что была передана от апостолов, замахивается на большее, чем пребывание на Небесах. Она требует верить, что наступит момент, когда и эта Земля и даже Небеса — будут уничтожены. Уничтожены для того, чтобы дать место новому Небу и Новой Земле. В этом наше подлинное упование: не прятаться от несовершенства мира, не отдыхать на облачках после перенесенных страданий земной жизни, но воскреснуть для жизни новой. Жизни, о которой мы знаем очень мало, но в которой все будет совсем иначе. Настолько, что даже сегодняшние Небеса, уверен, покажутся бледной тенью.