Русское лютеранство — это предбанник перед вхождением в православие, пишет православный журналист Анастасия Коскелло. Делает она этот вывод на двух аргументах: некотором количестве её знакомых, перешедших из лютеранства в РПЦ и на том, что отец Евгений во время недавнего разговора у Серафима не критиковал православие за золото, поклонение иконам и злых бабок. Что ж, при всей глупости заявленного, хочется прокомментировать. Начну с последнего: понимаю, что в представлении обычного жителя России протестанты выглядят именно так: баБтисты, которые топчут иконы, но от журналиста ожидаешь чуть большего погружения в тему. Лютеранство изначально отличается глубоким уважением к церковному Преданию и традициям, даже более глубокому чем то, что происходит в так называемых "исторических" церквях. Например, мы считаем, что подлинное уважение к Деве Марии выражается в почитании её подвига веры, её смирения и осознания собственного недостоинства, а не в придумывании пышных титулов и праздников на основе средневековых легенд. По поводу знакомых перешедших в православие: к нашей общине каждый год присоединяется несколько десятков человек, 95% через конфирмацию, то есть будучи крещенными в детстве. Крещенными в православной церкви. Можно ли сказать, что как Волга впадает в Каспийское море, так РПЦ впадает в Церковь Ингрии, на основе этого факта? По логике Анастасии, можно, добавив, что это не баг, а фича русского православия. Аналогично можно сказать о любой протестантской общине, которые растут от года к году и состоят чуть больше чем полностью из крещённых православных. В общем, как-то более лучшего мнения я был о православной журналистике