Как правильно заметил один комментатор: «Как же забавно, что в прошлом опросе примерно 61% людей выбрали пункт о том, что святой - любой христианин. Сейчас же святых только 19%». Почему же так происходит?
С одной стороны, христиане исторических церквей привыкли к тому, что святость — это всегда про других. Назвать себя святым это почти что кощунственно и попахивает прелестью, духовным (само)обманом. Потому что святость в их понимании связана не с самим фактом отделения человека, его посвящении Богу, но с плодами и особыми внешними проявлениями этой святости.
Происходит некая подмена: зная, что святость подразумевает отделённость, человек, не обладающий ею, считает, что он потому и не свят. Работает это и в обратную сторону — чем в более далёкую и дремучую дыру спрятался человек, тем он, очевидно святее. И эта логика могла бы работать, если бы святость обеспечивалась свойствами или поведением самого человека: не живёшь в далёком скиту — не копишь \ теряешь её, живёшь — потихоньку, по капле, накапливаешь.
Только…
