«Как надо любить себя — Ты знаешь, Соня, я недавно сходила на очень модный тренинг. И меня там наконец-то научили, как надо правильно любить себя. — И как же? — О, это целая наука! Во-первых, если ты хорошо влюблённая в себя женщина, то никогда не стой под душем. Набери себе целую ванну воды, накидай туда розовых лепестков и лежи себе в плавающих лепестках — ты этого достойна! — А дальше? — Дальше не лежи в этой ванне просто так — намажь себе на морду самую дорогую маску, во-первых, станешь красавицей, а во-вторых — ты этого достойна! — Серьезный подход… — Так а я о чём? Но и это ещё не всё! Сделай себе приятно по всем фронтам — включи себе в ванной музыку, наслаждайся — ты этого достойна! — Что-то у меня у меня уже мурашки по коже… — Таки есть с чего, любить себя — это как торт испечь, замучаешься, пока всё сделаешь правильно! — А ты умеешь печь торты, Лидуся? — Я — нет, но мы сейчас за любовь к себе. Пришла я, значит, с этого тренинга и думаю — надо же всё сделать по науке, пока я ещё при памяти и ничего не забыла. — Прямо сразу? — Куда мне ждать, Соня, мне уже не вчера было сорок, ты же понимаешь, я слегка боюсь не успеть… Набрала я ванну воды — и тут вспомнила, что я же не купила розы. С другой стороны, зачем я стану их покупать, ты же знаешь за эти розы, это же одни красители, химия и формальдегид, как бы они иначе так красиво стояли целый месяц в этом магазине! — Проблема… — Какая проблема, Соня, когда женщина решила любить себя как в последний раз! У меня на кухне есть чай каркаде — я и высыпала весь пакет в воду! — Зачем? — Затем, что каркаде, между прочим, суданская роза! Только засушенная! Но лепестки! И если её можно пить, то уж, конечно, в ней можно купаться! — В принципе, логично.. — Ещё бы! Мой первый муж был физик-атомщик, в чём — в чём, а в логике я понимаю! Поэтому открыла холодильник и нашла самое дорогое… — Красную икру? — Я думала за неё, но знаешь, она хреново держится на лице, скользкая, постоянно сползает. — Таки по твоим словам я вижу, что ты всё же попробовала? — Да не об чем говорить, так, слегка! Положила на бровях, она оттуда не падает. А остальное лицо намазала сметаной — дорогая же вещь, на рынке брала. — По двести? — По двести пятьдесят! Теперь ты понимаешь, как я себя люблю? Тётя Соня взялась рукой за сердце: — А дальше? — А дальше я вспомнила за музыку. Компьютер в ванну не притащишь. Телефон жалко, вдруг в воду соскользнёт. Взяла радиоприёмник. Только он в ванной ловит плохо, крутила, крутила -везде треск, потом нашла всё-таки одну радиостанцию с песнями. “Раммштайн”, правда, пел, но разве это остановит женщину, которая собралась себя любить по полной программе? Залезла я, значит, в ванну, там каркадэ уже заварился, плавает красивыми мягкими лепестками, я возлегла, как царица Савская, глаза закрыла, слушаю Раммштайн, вспоминаю юность… — И шо там в юности? — Да не успела я толком окунуться в юность, пришла наша Ирма, села под дверь и начала подвывать. — Может, у неё музыкальный слух? -Тоже вариант, кстати… Хотя я думаю, что это она от зависти. Тоже ведь женщина, хоть и собачья, ей, наверное, тоже красивой жизни захотелось. Тетя Соня кусала свой кулак, чтобы не рассмеяться. -И ты вылезла из ванны? -С чего бы вдруг? Я тут, на минуточку, собралась себя любить, а не за хурмой на рынок! Сделала радио погромче и лежу себе. -А Ирма? -Воет, зараза. Ну, меня так просто не возьмёшь! Она погромче — и я погромче. Она на октаву выше — и я у радио ручку кручу. Хорошо так получается, как в пятнадцать лет в деревенском клубе… — Ох, представляю! — Не представляешь! Лежу я, значит, вся такая красивая, распаренная, суданской розой пропитанная, молодею прямо на глазах, вспоминаю, как в первый целовалась и тут… вдруг…. На меня падает дверь!