Навстречу 4 июня. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ (НАИМЕНОВАНИЕ, ФАМИЛИЯ, ИМЯ ОТЧЕСТВО (ПРИ НАЛИЧИИ), СОДЕРЖАЩАЯСЯ В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ) ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА (НАИМЕНОВАНИЕ, ФАМИЛИЯ, ИМЯ, ОТЧЕСТВО (ПРИ НАЛИЧИИ), СОДЕРЖАЩАЯСЯ В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ) Deutsche Welle спросили про возможности (и невозможности) уличного протеста в РФ. Насчёт "шквала критики в соцсетях" не знаю - меня в соцсетях мало, так что вечно всё проходит мимо меня. Насколько я могу видеть, команда Навального не призывает выходить на улицы в России: в списке мероприятий по городам 39 зарубежных стран (от Австрии до Японии). Рассказала про "прейскурант репрессивности" и про то, к какому месту лучше прикладывать свои повышенные нравственные требования. "По оценке политолога Екатерины Шульман, "уровень репрессивности" в России сегодня высок, и он распределяется по определенной "шкале". "Преступлением номер один" считаются массовые публичные мероприятия, которые власти пытаются по возможности предотвратить, а там, где это не получается, подавляют "с чрезвычайной интенсивностью". Далее, судя по жестокости приговоров, идет распространение "ложной информации" о войне в Украине. Все, что касается связи с организациями, признанными "экстремистскими" и "нежелательными", тоже преследуется: это видно и по судьбе ФБК и штабов Навального, и по судьбе людей, связанных с "Открытой Россией", констатирует Шульман. Между тем принцип соблюдения этого "прейскуранта", по наблюдениям эксперта, во многом зависит от региона РФ и конкретного правоприменителя. Так, в Екатеринбурге последствия одиночного пикета могут быть одни, а в Саратове или Владикавказе - другие. "Каждый должен оценивать свои риски и свои возможности самостоятельно. Мне бы казалось, что, находясь за пределами России, лучше обращать свои призывы к людям, тоже находящимся вне России. Их достаточно много, они тоже имеют позицию. Иногда они организованы в какие-то группы, иногда не организованы, но с ними вполне можно и разговаривать и работать, будучи политической организацией", - полагает Екатерина Шульман. "Чего не хочется делать, так это давать правоохранительным органам легкую добычу", - отмечает она. Что касается нравственных претензий, то, по мнению собеседницы DW, их следует "предъявлять не к другим людям, а исключительно к себе"". www.dw.com/ru/priz…65795723