Ещё до ислама, до рождения пророка Мухаммеда жил на Аравийском полуострове один юноша. Был он, что называется, "золотой молодёжью". Его отец был главой княжества или коалиции племён в районе Неджд. Сын Хундуж (Имру аль-Кайс) должен был стать достойным наследником, но, но увы, не радовал отца. Юноша был безусловно талантлив, но не хотел становиться серьёзным, перенимать навыки управления, а вёл праздный образ жизни. Любил устраивать пиршества, пользоваться благосклонностью женщин, причем не чурался посягать на отцовский гарем. Да ещё при всем этом, Хундуж писал стихи, в которых тоже мог непочтительно высказаться о своем отце. Не стерпел грозный арабский правитель, решил, что чем сын позорить будет - лучше выколоть глаза и убить такого. Но потом смягчил гнев и выгнал прочь из своих владений, но отбирать деньги и имущество не стал. А Хундуж не огорчился. Стал кочевать от поселения к поселению и продолжать пировать со всеми. Решил он промотать весь свой капитал, а там, будь что будет. Продолжал писать стихи, сочинял свою поэму. Но вдруг узнал Имру аль-Кайс, что убит отец. А тут, какие бы отношения не были, а мстить нужно. Повернул свой караван на родину. Собрал по дороге племена, преданные отцу и разбил обидчика. Но влиятельные арабские семьи не зря организовали убийство вождя, возвращения его сына никому не нужно. Пришлось бежать. Далеко. В Константинополь. Но и там поэт не находит счастья. Поначалу ему даже дают хороший пост, но заподозрили в связями с персами. А это государственная измена. Приходится бежать в глубь страны. Беглого предателя находят послы Константинополя. Они говорят, что прощен. Отдают ему в дар богатую одежду от императора. Надев её, вскоре покрывается язвами и через несколько дней умирает. Но нам остались поэтические следы этой ветреной жизни: "Спешимся здесь, постоим над золою в печали, В этих просторах недавно еще кочевали Часто к возлюбленной я пробирался в шатер, Полз мимо воинов, вооруженных мечами. Стража и родичи, подстерегая меня, В страхе молчали или не замечали".