Все думаю, почему я так расстроена. Меня правда очень расстроили эти молодые девочки-журналистки, младше меня в среднем на двадцать лет. Я, конечно, испытываю мало иллюзий относительно самой себя. Я поднимаюсь, падаю, снова поднимаюсь, ошибаюсь, решаю все переписать, потом еще поправить, потом ругаюсь со всеми, потом меня снова не поняли, да и вообще мне комфортнее всего работать в небольших медиа. Мои совершенные ошибки - чудовищны, я неэтична, неэстетична и вообще. Но у меня есть несколько неплохих качеств. Главное из них: если мне надо - тушите свет. И мне до сих пор в журналистике - надо. Я до сих пор ложусь спать, думая про темы на завтра, если хочу кого-то допечь - то допеку, а если пришла куда-то - надо отработать так, чтобы потом вернуться домой уставшей, а не отдохнувшей. Просыпаться от слез, если снится что-то плохое про нашу жизнь, наоборот видеть во сне какую-то колонку, мыслить абзацами… в общем, жить работой. В этих девочках я видела сегодня все: милые лица, красивые бейджи, но не видела главного: жажды профессии, наглости, вообще желания жить и работать. Услышала краем уха их диалог. Какие-то лагеря, смены, придумывали слоган для спасения океана. Не стала вставлять шпильку о том, пытались ли они сделать хоть одну реальную экологическую акцию, чтобы не игрушка, но вместо этого спросила: - Из какого вы издания? - У нас молодежная платформа, клуб молодых журналистов! Придумывающих слогагны для спасения океана за баллы на лагерных сменах. Да. Открыла, увидела фразу «в Москве прошло мероприятие в сфере моды». - У вас там есть редакторы? - Есть! - хлопают глазами девочки. - У вас там нет редакторов, хмуро отвечаю я. И ведь самое ужасное, что их - все устраивает. Для них текст - это не маленькая жизнь, даже не «забить полосу, потому что дедлайн». А баллы, эстафеты и… игра в журналистику. В ту единственную, которую они терерь знают. Красивые пластмассовые девочки. И внезапно очень старая одинокая я, внезапно ощутившая, как ушедший с боков жир давит большим грузом на плечи.