В середине нулевых Кремль уже занимался темой молодежной политики, самыми известными его проектами тех лет были движение «Наши», основанное Василием Якеменко, и «Молодая гвардия Единой России». Эти движения создавались в противовес оппозиционным молодежным организациям, возникшим в России на волне «цветных революций» в странах СНГ. Движение «Наши» позиционировало себя как антифашистское, было нацелено на молодежь из регионов, которая таким образом получала социальный лифт и возможность самореализации (например, выходцем из этого движения является ныне весьма влиятельное лицо - Кристина Потупчик). А «Молодая гвардия Единой России» привлекала молодых людей, которые хотели делать карьеру в политике. После ухода из администрации президента Владислава Суркова активность «Наших» сошла на нет. Среди обвинений тех лет ключевым было, в частности, то, что «Наши» не смогли ничего противопоставить митингам 2011-2012 года. МГЕР еще существует, но заметной роли даже в партийной жизни не играет. Выходцы из прокремлевских молодежек нашли себя в медиабизнесе, пиаре, аппарате правительства, администрации президента, а старые горизонтальные связи между бывшими соратниками до сих пор работают не только как повод поностальгировать, но и для решения рабочих моментов. При Вячеславе Володине Росмолодежь начала организовывать крупные форумы. «Селигер», который ранее создавался как площадка для обучения активистов движения «Наши», стал фактически фестивалем, также появился форум «Таврида» и ряд других, однако они носили подчеркнуто неполитический характер. При Сергее Кириенко появляется «Молодежка ОНФ», которую возглавил бывший тренер по айкидо Игорь Кастюкевич, позже избранный депутатом Госдумы, а сейчас активно проявляющий себя в зоне спецоперации на Украине. «Молодежка», в основном, занималась гуманитарными и благотворительными акциями, а после начала СВО переформатировалась на работу с беженцами и сбор гуманитарных грузов для зоны боевых действий. Среди эстетических и технологических отличий нового движения от молодежных кремлевских организаций прошлых лет, кроме отсутствия запроса на любых харизматиков – его предполагаемая тотальность: ни «Наши», ни МГЕР не открывали свои отделения в вузах, не говоря о школах, ставка делалась на привлечение активных молодых людей, социальные лифты, а не на формальное покрытие всей молодежи. Кроме того, если при создании прокремлевских молодежных движений середины нулевых власть старалась создать эстетику и содержание, которое было бы интересно самой молодежи, то пока при создании РДДМ мы видим отсылки к прошлому – само появление названия «пионеры», отсылки к Гагарину крайне симптоматичны. publico.ru/article…bschnost