МЕЖДУ ОРДОЙ И ЛИТВОЙ Про нашествие Батыя, наверное, слышали все. Про сожженные города, убитых дружинников, множество людей, угнанных в рабство… Но только слово «нашествие» предполагает единственное число, а вообще-то, монгольских походов на Русь было много — какие-то били по землям северной Руси, а какие-то — по южной. И вот эти давние трагические события, которые всегда были важны для историков, археологов, писателей, в последние века полтора вдруг оказались еще наполненными жгучим политическим содержанием. Насколько нашествие Батыя и власть Орды повлияли на историю России? А Украины? Ох, какие бурные споры шли, идут, и, наверное, еще долго будут идти по этому поводу. Суздальский князь Ярослав Всеволодович отправился на поклон к великому хану и признал власть монголов. Правители Золотой Орды — государства, созданного Батыем и его потомками, стали решать, кто будет на севере Руси великим князем, а их сборщики дани — баскаки — отправлялись по русским городам. Ордынцы хорошо усвоили уроки своих китайских советников. Для того, чтобы четко знать, с какого города и какой земли сколько дани можно требовать, нужно было провести перепись. В русских городах прошли восстания — мало того, что сам процесс переписи ассоциировался с приближением конца света, так еще и всем было ясно, что за переписчиками скоро придут баскаки. Самым мощным было сопротивление Великого Новгорода — и это восстание было подавлено сыном Ярослава Всеволодовича, знаменитым Александром Невским, про которого принято писать, что он осознал бессмысленность сопротивления Орде и проводил мудрую политику, подчиняясь ханам. А вот галицкий князь Даниил Романович никак не хотел осознавать необходимость подчинения. Он приложил огромные усилия, пытаясь создать союз против Орды, вел переговоры с польским королем, литовским князем, даже с папой римским. Союз не получился, но он «хотя бы попытался». И дело не только в этой попытке, которая ярко показывает, как прекрасный Даниил Романович отличался от… ну, скажем, далеко не прекрасного Александра Ярославича. Дело в том, что с конца XIII века судьбы Южной и Северной Руси начинают все сильнее различаться. Даниил Романович был вынужден признать власть Орды, но она никогда не была в его землях такой же сильной, как на севере. А в следующие десятилетия постепенно, медленно южнорусские земли стали переходить под власть литовских князей. И это было большим облегчением — не надо было платить ордынскую дань, а города получали большие права. И это безусловно значило очень много. Но когда сегодня из этого расхождения делают вывод об извечно рабском характере жителей Севера Руси, и об извечном вольнолюбии жителей Юга, я сразу чувствую, что от истории мы переходим к политике. И на Севере были вольные новгородцы, и даже у Александра Невского был брат, пытавшийся вместе с Даниилом Галицким противостоять Орде. И на Юге были те, кто покорно кланялся Орде, и были князья, вроде отца Даниила — Романа Галицкого, жаждавшие укрепить свою самодержавную власть. Те далекие события были невероятно важны и для истории России, и для истории Украины. Именно поэтому о них пойдет речь в новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман». Только давайте не будем говорить о том, что события XIII–XIV веков полностью предопределяют нашу жизнь и исторические судьбы двух государств. Всегда, во все времена, повсюду есть те, кто ценят свободу и готовы за нее бороться — можете мне поверить…