Просыпашься утром, лежишь, думаешь о войне, о разбомбленных городах и погибших детях, о друзьях в тюрьмах, о безумной, бессмысленной грызне тех, кто должен был бы объединиться, о вялом Западе, — и совершенно не хочется вставать и начинать новый день. Берешь телефон и начинаешь без всякого энтузиазма смотреть, что нового произошло в мире. И вдруг натыкаешься на интервью Адама Михника. И чувствуешь мощную струю свежего воздуха, читаешь слова абсолютно свободного — от стереотипов, от страха перед властью или перед общественным мнением — умного, сохранившего, несмотря на возраст, всю свою молодую энергию человека. Человека, знавшего тюрьму, эмиграцию, голодовку, преследования, клевету. И становится стыдно за свое уныние, и сразу вскакиваешь и кидаешься работать, и хочется жить и бороться и быть похожей на Адама Михника, свободного человека.