ВОЗЬМЕМСЯ ЗА РУКИ, ДРУЗЬЯ «Путешествия с Тамарой Эйдельман» были задуманы на исходе ковида, когда все невероятно истосковались по поездкам, незнакомым местам, новым людям. Путешествия пользовались большим успехом, группы набирались моментально, листы ожидания оказывались огромными. Потом началась война… В этот момент у нас уже было запланировано несколько восхитительных поездок, но мы всё остановили. Прошло несколько месяцев, когда все мы отчаянно цеплялись за любые проявления нормальности, чтобы выстоять в океане безумия. Для кого-то это была семья, для кого-то книги, для кого-то протест, для кого-то помощь тем, кому хуже, чем тебе. Каждый выживал как мог. Потом все сильнее возникла потребность в какой-то психологической разгрузке, в “ретрите”. Но не отправляться же в настоящий ретрит? Медитировать и часами молчать я не могу. Так возникла мысль о возобновлении путешествий. Хотелось поехать куда-то, где можно было бы ощутить спокойствие, увидеть что-то светлое. И мы собрали группу для поездки по Греции. У нас была не совсем обычная программа - в ней даже посещение Акрополя было опционально - для желающих. А в основу программы мы положили изучение средневековой Греции. И вот мы целую неделю открывали для себя Грецию византийской эпохи. Мы видели совершенно невероятные иконы в афинских музеях, ходили по улицам средневекового города Мистры. Мистра возникла на горном склоне над той прекрасной долиной, где в древности находилась Спарта - и в основании средневековых построек можно видеть античные плиты. Кажется, что античность как будто прорастает здесь, пронизывает средневековье. А в полуразрушенных церквях - поразительные фрески. Мы прикидывались экспертами по византийскому искусству, чтобы нас пустили в закрытый на ремонт монастырь - и смотрели, как солнце зажигает мозаики. Мы поднимались по 999 ступеням, чтобы забраться на крепость, нависающую над городом Нафплион, а потом спускались и бродили по его улочкам, напоминающим Венецию. Мы видели деревья, усыпанные апельсинами или лимонами и восхищались какими-то фантастическими цветами. И похоже, это была психотерапия не только для меня - потому что участники группы, съехавшиеся из семи стран, говорили, как прекрасно увидеть хороших людей, оказаться окруженными единомышленниками, а одна женщина сказала, что наше путешествие стало для нее светом среди окружающей тьмы. В последний вечер я еще читала лекцию в Афинах, и как всегда огромное количество вопросов, в основном касающихся не истории, а того “как жить дальше”, показали, как нам всем нужна психологическая разгрузка и как важно поддерживать друг друга. Напоследок мы еще сходили в музей Бенаки, где собрана поразительная коллекция античного и средневекового искусства. Здесь много надгробных стел, на которых греки обычно изображали усопшего сидящим, а его родных - стоящими рядом и держащими его за руку - не то прощаясь, не то, наоборот, по-прежнему сохраняя связь с ушедшим. Вдруг возникло странное ощущение, как будто эти давно оставившие наш мир люди скорбят не только о своем родственнике, но и о тех, кто остался под руинами жилого дома в Днепре, или в других украинских городах. В другом зале, где на стенах так много икон с изображениями Богоматери, что пурпурный цвет ее одеяния начинает просто гипнотизировать, есть неожиданная для православной традиции икона, изображающая “Пьету” - оплакивание Христа, лежащего на коленях у матери… От одной стелы в античном зале не осталось ничего, кроме скульптурного изображения двух рук, соединенных в рукопожатии. Все рухнуло, развалилось, вихри истории пронеслись над Грецией, как и над всем миром, а чья-то рука по-прежнему держится за руку любимого человека… ВЫНУЖДЕНЫ СООБЩИТЬ, ЧТО НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ЗАСЛУЖЕННЫМ УЧИТЕЛЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ТАМАРОЙ НАТАНОВНОЙ ЭЙДЕЛЬМАН, КОТОРУЮ ТАК НАЗЫВАЕМОЕ МИНИСТЕРСТВО ЮСТИЦИИ ВКЛЮЧИЛО В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ.