Драган про ковид(@dragan_covid). «Все случаи омикрона, про тяжесть течения которых имеется информация, протекают бессимптомно или лег

«Все случаи омикрона, про тяжесть течения которых имеется информация, протекают бессимптомно или легко», — доверительно сообщает ECDC из релиза в релиз. Такое же сообщение появилось и утром 9 декабря. Однако за день до этого администрация немецкого района Клеве опубликовала другой пресс-релиз — куда менее оптимистичный. 19 случаев омикрона: часть подтверждено, часть на проверке. 3 с тяжёлым течением. Два среди них — это дети. Вспышка началась с четырёх путешественников, вернувшихся из ЮАР 23 ноября: одна пара прилетела из Йоханнесбурга, где на тот момент уже доминировал омикрон, вторая — из Кейптауна. Пары познакомились друг с другом в ЮАР. Все полностью привиты. Симптомы появились после прибытия — 24 и 25 ноября, с 26 ноября больных изолировали и отправили на карантин. И стали восстанавливать их контакты. Вскоре стало ясно, что вспышку это не остановило. От прибывших заразилось минимум 7 местных жителей, от тех — ещё 7 человек. Также из ЮАР вернулся ещё один человек, который контактировал с индексными случаями. В двух случаях омикрон уже подтверждён (один из них — контактный), остальные на проверке. Из интересного: как отмечают в пресс-релизе, лаборатории «часто не хранят образцы», которые уже подтвердились, поэтому некоторым из заболевших потребуется сдать мазок повторно — а учитывая, что прошло уже немало времени, вирусной нагрузки для ПЦР и секвенирования может уже не хватить (о чём говорят сами чиновники). В отличие от большинства аналогичных пресс-релизов, в этом есть информация о тяжести болезни:

«В число [заболевших] входят дети, которые не были привиты. Все взрослые прошли полный курс вакцинации. Двое детей тяжело больны. У одного взрослого также тяжёлое течение болезни.

Все остальные, получившие положительный тест, переносят болезнь относительно легко. У некоторых из них ковид протекает бессимптомно».

В предыдущем пресс-релизе, ещё 5 декабря, писали, что «сообщений о тяжёлом течении нет». Спустя несколько дней тяжёлое течение развилось уже у троих. ECDC, впрочем, о трёх тяжелобольных в 300-тысячном Клеве не знает. И хотя формально к ECDC не придраться (у остальных заболевших омикрон пока не подтверждён секвенированием), кажется полезным лишний раз напомнить, что именно означают эти обтекаемые бюрократические формулировки о «лёгких и бессимптомных случаях, о тяжести течения которых имеется информация». Дьявол в деталях: это не «все случаи, о которых известно», как можно было бы прочитать — это все случаи с подтверждённым омикроном, «о тяжести течения которых известно». С какими данными работает ECDC? На сайте организации сказано, что информацию она собирает из 400 различных источников: с сайтов минздравов (43% всех источников), из официальных соцсетей национальных минздравов (28%), с сайтов служб общественного здравоохранения (9%), из официальных СМИ и пр. В случае со странами Евросоюза ECDC также получает обновления через системы EWRS и TESS и через ВОЗ, а также отсматривает до 100 источников. И важно понимать, что как лукавые заявления ВОЗ об отсутствии смертей от омикрона не учитывают быстро растущую смертность в южноафриканском Гаутенге (где, по данным секвенирования, уже в ноябре более 90% приходилось именно на омикрон), так и ECDC, очевидно, учитывает не всех. У нас, конечно, зародился «экстремально мягкий» и «доброжелательный мутант». Однако точно ли он так безобиден? @dragan_covid