​​Если сравнивать экранизацию «На дне» Ренуара с работой Куросавы, то... лучше не сравнивать. Французы играют русскую жизнь... «Да, да, да, да, искусство в большом долгу!» У Ренуара получилась мелодрама о любви апаша, который носит очень странное для француза имя — Васька Пепел. Нет, ну прекрасный фильм о том, что любовь способна всё изменить. А до нашей Миллиошки с ренуаровского дна ещё падать и падать. Картину к Горькому не приблизило ни имя сценариста — Евгений Замятин, ни участие Владимира Соколова, исполнявшего роль Костылёва. Он, положим, не понаслышке знал, как играть «На дне» — всё-таки прошёл хорошую школу Московского Художественного. Но одного Костылёва оказалось мало. Часть персонажей пьесы просто отсутствует, а другие лишены смысловой нагрузки. Лука обозначен весьма схематично — дед с бородой. Зато подробному падению Барона отведена добрая треть фильма. Единственное изменение, которое позволил себе Куросава — это перенесение действия пьесы в феодальную Японию. И это просто гениально! Как и в его экранизации «Идиота», актёры настолько хорошо подобраны, игра выразительна, а роли узнаваемы, что можно смотреть без перевода. Просто удивительно, как органично вещь вписалась в совершенно другие культуру и менталитет.