Стены его дома помнят Гумилева и сестёр Цветаевых, Сергея Эфрона и Алексея Толстого, Булгакова и Грина, Вересаева и Брюсова, Белого и Мандельштама, Горького и Зощенко, Бальмонта и Замятина, Чуковского и Шенгели. Впрочем, перечислять можно бесконечно. Какие только небылицы не рассказывали о нравах «племени обормотов», членом которого становился каждый гость этого дома. О праве первой ночи хозяина со всеми вновь прибывшими барышнями, об одной пижаме на двоих, о лечении наложением рук, о зевсепоклонничестве и дойке дельфина и многом-многом другом. А Макс с радостью все эти слухи приветствовал. zen.yandex.ru/media/i…8467391e