Жить на первом этаже в Тель-Авиве довольно интересно. Особенно, когда ты в районе Кэрэм Атеиманим, где всё так нарочито по-деревенски. Ощущение границ дома заметно меняется. Вот вчера, например, сижу на диване, окно открыто. Вдруг в нем появляются три головы — два парня и девушка — и говорят по-русски «Пиздеееец эти америкосы живут». В таких ситуациях я всегда выбираю опустить глаза и послушать, что скажут дальше. «Может, в гости напросимся?», — предложил один из них. Тут я еле сдержалась, чтобы не пошутить что-нибудь про незваных русских гостей, ради своего спокойствия все же промолчала. Или вот вышла на прошлой неделе во дворик цветы пересадить (кошу под дачницу), подсел дед, закурил траву, поспешно добавил, что она медицинская, он не такой, как все, и начал мне выговаривать за весь Тель-Авив, а это, как вы догадываетесь, немало. «Вот ты сажаешь цветы дома, а могла бы напротив в синагоге. Так хотя бы была мицва, а иначе все впустую. Нет, дома не считается. Да что ты можешь знать? Вы ничего в Тель-Авиве не понимаете. Знаешь, что просто найти в этом городе? Секс и наркотики. А что трудно? Интересную беседу. В смысле часто идет вместе? Это кто тебя такому научил? Раньше Тель-Авив таким не был. Вот я рос на улице Кинг Джордж. У нас две собаки на всю улицу было, а теперь по две в квартире у людей. Ну ладно, ты приятная собеседница, пока». Докурил косяк, громко откашлялся и пошел в синагогу. В тот же день в дверь постучался парень лет 35. «У тебя ключи в замке торчат», — говорит. — Вообще я раньше в этой квартире жил. Ну как там хозяйка? А раковину-то тебе починила? А, ну барух ашем. Слушай, а вот ты левое окно обычно открываешь или правое? О, правильно, мне тоже всегда нравилось правое открывать. Ну ладно, с переездом!». Погладил собаку и пошел пить кофе на рынок. Через час около двери остановился пикап, из него высунулся мужчина лет 50, который представился Моти и сообщил, что хотел посмотреть, кто тут теперь живет. Моти также добавил, что он кто-то там на районе — кто именно, я не разобрала, но судя по интонации, человек важный и уважаемый, поэтому я теперь каждый раз, когда его вижу, на всякий случай особенно активно машу и улыбаюсь. Местные районные французы ко мне пока не приходят, но зато облюбовали столик напротив моего подъезда и обсуждают там по телефону свои дела. Романтического характера, как бы стереотипно это ни звучало. На днях девушка успокаивала подругу Рут, что все, что та делает, нормально для женщины после развода. Что именно та творит мы, увы, не узнаем. Парень звонил другу и жаловался на — дословно — «отсутствие физического контакта» с какой-то барышней. Собеседник, кажется, предлагал какие-то варианты, как это исправить, но каждый раз напрасно — оказывалось, что друг уже все перепробовал. Еще на прошлой неделе приходил сосед из дома напротив. Стоял передо мной с голым торсом и дрелью. Что хотел — не поняла; он, кажется, тоже. Дрель зато, слышу, работает хорошо.