У российского внешнеполитического ведомства совместно с ГосСМИ есть любимый жанр: «Мэр деревни под Вероной / председатель Союза Фермеров Нижней Саксонии / депутат парламента Лихтенштейна выступил за снятие санкций с России/ прекращение поддержки Украины/ запрет пропаганды гомосексуализма». Сразу за все отчитываются такими незамысловатыми сюжетами: мол, сложа руки не сидим, мягкая сила работает, поддержка растет, вот-вот додавят свои элиты до перехода на сторону добра. На деле это в лучшем случае были маргинальные и не очень евроскептики, в худшем — люди в должности «никто и звать никак», готовые заявить что угодно за абонемент на банкеты в российской дипмиссии с местом поближе к черной икре. https://t.me/dirtytatarstan/42667 К сожалению, в этих словах немало правды. Конечно, для части аудитории, не видящей разницы между мэром Вероны и президентом Франции, такое вполне сойдёт. Проблема в том, что от этой пропаганды, соединённой с гремящими лозунгами «Европа выстрелила себе в ногу» и «у Байдена сгнил мозг», положение России в международных отношениях совсем не меняется. А вопросов к нашим внешнеполитическим органам действительно немало, но вот задавать их на тему – почему нет российской мягкой силы в Европе, когда её нет даже на постсоветском пространстве, где мы по определению должны быть сильнее всех, наверное, бессмысленно. Да теперь уже и ни к чему. Интересно другое: каким образом люди, отвечающие за реализацию внешней политики России, собираются исправлять это положение? Впрочем, в их защиту можно сказать, что далеко не всё и не всегда зависит от дипломатов. У России сегодня нет привлекательного Образа будущего, который бы мог помочь в формировании пророссийских сил за рубежом. А его создание невозможно без обретения общенациональной идеологии и создания мощной индустриальной экономики, способной поднять уровень жизни населения. А сегодня пока нам, увы, нечего предложить в качестве наше мягкой силы. Мы можем предложить только наши сырьевые ресурсы и себя в качестве рынка сбыта. А этого слишком мало, чтобы быть центром притяжения как для национальных государств Востока, так и Запада.