последнее мое место работы оказалось ужасным: сменилась начальница, пришла любительница Павла Воли (можно уже ничего не пояснять в принципе) из сбера. Она реально не понимала, почему в 2022 году нельзя писать в поздравлении с 8 марта «прекрасный пол», и говорила, что главное в работе — субординация (и нет, я не в минобороны устроилась). Это были два месяца хамства и каких-то офисных интриг, к которым я не привыкла и надеюсь никогда не привыкну. В апреле я уволилась и радостно сказала терапевтке, что полтора месяца конфликтов, кажется, подошли к концу. На что она ответила: «Полина, это не конфликт. Это были полтора месяца абьюза». И это тааак точно прозвучало, что стало просто целительным. И вот с 24 февраля продолжается не конфликт, а акт насилия. И все наши чувства и мысли вписываются в симптомы птср: апатия, вина, стыд, тревожность, депрессия, раздражительность, мрачное восприятие будущего. «А может это мы виноваты, что не выходили на протесты? А если бы восемь лет назад вышли? Вдруг спровоцировали? Ну не все же так плохо, вон люди живут как-то, в кафе ходят, смеются, свадьбы играют, может стерпится? Что-то я недостаточно скорблю, не сопротивляюсь, может быть я так поддерживаю все это?». Это то же самое, что вопрос «во что ты была одета?» жертве изнасилования. А еще стыд. «С другими странами такого не случается. Если бы мы больше внимания уделяли политике — не допустили бы. Я остаюсь в стране — значит, я не против. Мы провалились как нация». Хочется спрятаться и не высовываться никогда. Хочется защититься от осуждения. Хочется отмыться большой жесткой мочалкой. Хочется замереть и не прокручивать в голове, что на тебе, твоей фамилии и паспорте теперь пятно, что тебе никогда попасть в Украину и никогда не очистить репутацию и совесть. Очень страшно, стыдно, больно, тревожно и бесперспективно. А еще в инстаграмах пишут: «ПРЕКРАТИТЕ СТЫДИТЬСЯ, стыдиться — инфантильно, неправильно, глупо, прекращайте об этом писать». И ты со своими переживаниями весь какой-то неуместный. Я всегда думала, что терпеть насилие ни за что не буду. Вот бабушка жила с мужем, который ломал ей ребра на глазах у детей, и не уходила — у них ведь квартира! Я точно знала, что такое не потерплю. А в итоге живу в стране, в которой могут посадить за смену ценников в магазине и избить за желто-синюю одежду. А еще смотрю, как пьяный батя в трусах грозит атомным оружием соседям, и не вмешиваюсь, только вжимаюсь поглубже в квартиру, чтобы не ассоциироваться с ним. Если вам тяжело, тревожно, стыдно и страшно — это естественно. и вы не одни. Если есть силы и желание, расскажите, пожалуйста, как вы ощущаете эти месяцы, как насилие откликается в мыслях и в теле, как помогаете себе пережить? upd я ни в коем случае не сравниваю свой опыт с тем, что сейчас переживают украинцы. здесь любые сопоставления были бы неуместны. хочу только описать то, что чувствую сама, находясь внутри страны-агрессора, задокументировать это и, возможно, поддержать тех, кто находится в похожей ситуации. очень надеюсь, что это никого не триггернет.