TW насилие, пытки
я все не знала, как прокомментировать здесь манифест Богомолова, опубликованный «Новой газетой». Посмеяться над «квир-активистами, фем-фанатиками и экопсихопатами»? Это вы и без меня сможете. Осудить сравнение фашизма с современными активистами? Бессмысленно, очевидно слабый ход Богомолова (жертвы фашизма подвергались реальному физическому уничтожению без повода и вины).

Сегодня у «Новой газеты» вышло расследование о задержаниях, пытках и казнях в Чечне. Молодых ребят (многие из них даже младше меня) незаконно задерживают, держат в подвалах, жестоко пытают, чтобы выбить выдуманные показания против себя и незнакомых людей, сажают в тюрьмы и казнят без суда. Да, прямо сейчас. Да, на территории России. Расстреливают и душат.

Некоторые из убитых силовиками — люди, которых «подозревают в гомосексуальности». У нас в стране есть тюрьмы для геев (посмотрите документалку «Добро пожаловать в Чечню»). Кроме того, на Северном Кавказе распространены «убийства чести» — женщин, которые занялись сексом до брака, родственники просто убивают, чтобы «смыть позор». Если девчонку изнасиловали, семья все равно должна ее убить. И да, если ее изнасиловали в семье, например, отец, он же ее и убивает — честь ведь дороже всего. Кстати, такие дела потом так и не доходят до суда.

Так вот, Богомолов чувствует себя угнетенным, сравнивает свое положение белого богатого гетеросексуального мужчины с гонениями на евреев. Он утверждает, что в современном мире «Ты больше не можешь сказать «я не люблю…», «мне не нравится…», «я боюсь…». Ты должен соотнести свои эмоции с общественным мнением и общественными ценностями». А все потому что «гендерно-нейтральные мультикультурные черти» (лгбт+, феминистки, либералы, эко-активисты) придумали «новую этику» и устроили «новый рейх».

Мужчина в Чечне не может сказать другому мужчине «Я тебя люблю», потому что его выживание (буквально) зависит от того, как он «соотнесет свои эмоции с общественным мнением». Есть ли такие же проблемы у Богомолова? Молодая девушка не может выбрать себе партнера и остаться живой после, потому что это якобы «не соотносится с общественными ценностями».

То есть сейчас людям угрожает реальная возможность гибели, пыток и заключения за их ориентацию и желание распоряжаться собственным телом. РЕАЛЬНАЯ УГРОЗА ФИЗИЧЕСКОЙ РАСПРАВЫ. Что же угрожает Богомолову — взрослому, известному, обеспеченному, образованному, белому мужчине? Сотни гневных комментариев в соцсетях?

При этом я не хочу нападать на него из-за одного бездарно написанного текста, избыточно напичканного метафорами и сравнениями. Мне кажется, что главная проблема манифеста в том, что Богомолов не может высказать свои чувства прямо и от этого переходит в нападение. Он не может сказать: «Знаете, мне очень страшно. Я вырос большим взрослым дядей, но не знаю, как проживать эту жизнь. Мне страшно, что внезапно меня коснулись какие-то новые правила, я как будто проснулся в совершенно другом мире. Я не хочу никому навредить, но иногда я не знаю, как для этого должен себя вести. Мне страшно получить обвинения в харрасменте и насилии, потому что раньше я никогда не думал на эти темы и мог оступиться. Раньше культура давала другую модель поведения, в том же российском кино ценились маскулинные грубые персонажи, которые не проявляли эмоций. Я вырос с ощущением, что правильно быть именно таким. И внезапно персонажи стали антигероями. Я не знаю, на кого мне ровняться, безумно боюсь травли и общественного осуждения. Где мне узнать, что такое хорошо и что такое плохо?».

«Сегодня на Западе исследуется под микроскопом не форма носа и национальная принадлежность, но этическое прошлое каждого успешного индивида: нет ли там, в глубине десятилетий, какого-нибудь хоть небольшого, но харассмента, абьюза или просто высказывания, не соответствующего новой системе ценностей. И если есть — падай на колени и кайся», — пишет режиссер.