Дуга писал о пациенте, для которого собственный голос звучал как чужой: «Несмотря на то что он знал, что это его голос, это не давало ему ощущения, что голос принадлежит ему. <…> Другие действия, помимо говорения, также были подвержены этому. <…> Всякий раз, когда пациент двигался, он не мог поверить в то, что делает это сам. <…> Состояние, в котором наше «я» чувствует, что его действия странны и неподконтрольны, далее будет называться отчуждением личности или деперсонализацией»8. Так слово «деперсонализация» стало термином. Дуга представлял деперсонализацию как нарушение границ между тем, что в век Блеза Паскаля определялось как два обособленных элемента нашего бытия — «ум желающий и автомат»: нечеткость этого разделения делает все добровольные действия автоматическими. (с) Дафни Симеон, Джеффри Абугел